Letum non omnia finit. Часть 1

Особенно, если учитывать, что Рёхей приступил к серьёзным тренировкам меньше двух недель назад.

— Тогда откуда у тебя шприцы с анестезией? — подозрительно поинтересовался мечник.

— Лекарства мне прописывали от мышечных спазмов ещё когда я из комы вышла. С собой я их обычно не таскаю, — честно призналась я, вздыхая. — Просто иногда приходит понимание, озарение, если пожелаете, что необходимо сделать определённые действия. Но, к сожалению, к интуиции не прилагается инструкция, так что я не могу точно знать, к чему приведут мои решения.

— Вот значит как… — произнёс синьор Скуало с какой-то странной интонацией. Моя вышеупомянутая интуиция слабо вякнула, но у меня не было ни сил, ни желания обращать на это внимания. Опасности нет и ладно.

До особняка ехали молча. Синьор Скуало по-джентельменски довёл меня до комнаты, приказал хоть чуть-чуть отоспаться, но к десяти утра быть на рабочем месте. Я попрощалась с мечником и оглядела комнату.

За день простынь высохла, но её ещё требовалось постелить.

У меня ещё хватало мозгов не лапать чистую постель грязными руками, поэтому я, не снимая одежду, встала под струи горячего душа. Платье придётся выкидывать. Жалко, конечно, но запёкшуюся кровь со светлой ткани отстирать не представляется возможным.

Я до остервенения тёрла кожу жёсткой мочалкой, словно надеясь стереть и ужасные воспоминания о прошедшем дне. После этого на автопилоте вползла в пижаму, постелила простынь и уснула сразу, как коснулась головой подушки.

Как это обычно бывает, когда накануне вымотаешься, утро наступило неоправданно быстро.

Вчера я не додумалась отключить будильник, который ровно в семь утра оглушил меня противным писком.

Тихо чертыхаясь я перекатилась на другой край кровати, с трудом дотянулась до будильника и переставила его на девять утра. И тут же отключилась.

Второе пробуждение было ничуть не легче предыдущего. Вот только у меня не было возможности перенести время подъёма. Синьор Фабрицио в больнице, синьор Антонио скорее всего рядом с братом, а я как самая старшая после начальников не имею права испортить репутацию братьев Коррадо.

Рывком поднявшись, я собралась исключительно при помощи упорства и силы воли. И даже с помощью косметики смогла вернуть себе относительно человеческий облик. Только трясущиеся руки выдавали моё состояние.

В обеденной зале было немноголюдно. Я привычно подготовила бар к работе и села заполнять необходимые отчёты. И тут поняла, что на меня кто-то смотрит.