Замок Хитрецов

Затем этот Витязь Печального Образа тяжело вздохнул и указал всем на павильон:

— А другие направленья отметите без сомненья:

Голова еще сгодится!

— Лошадь тоже хочет жить! — неожиданно и вполне резонно заявил сивка на чисто человечьем языке.

— Вы по этим направленьям конкурентов посылайте! — убежденно посоветовал Витязь‑на‑Распутье. И при этом почему‑то задумчиво покосился в сторону делегации северян, которая в полном составе стояла кучкой на правом фланге.

— Вам же — мебельное царство, — пробормотал витязь и запнулся. Он явно забыл текст и вдобавок никак не мог разобрать Шурины каракули.

— И в придачу пол‑коня! — задорно выкрикнул из толпы Роман. И все его товарищи вокруг так и покатились со смеху.

Сивка ответил на этот вариант возмущенным ржаньем.

А Берендей Кузьмич нагнулся к Егорию Ильичу и шепнул ему лукаво:

— Что за богатыри нонче пошли? Им бы все скидки да кредиты! Нет, чтоб махнул кладенцом раз — тут тебе и кровать богатырская! Махнул вдругорядь — тут тебе и диванчик, как в царских покоях!

— Мельчает порода богатырская, Кузьмич, — согласно крякнул Егорий и прибавил еще пару крепких словечек в качестве слогана.

Въехав на подиум павильона, Витязь, желающий скидок, слез с коня и выбрал себе диванчик покрепче.

Рядом с ним немедленно объявилась Красна‑Девица. Опершись о край облюбованного кресла, девица устремила взор в заоблачные выси и задумчиво пропела тонким дискантом солиста Большого академического хора мальчиков‑зайчиков:

— Гуси‑гуси, га‑га‑га! Петь хотите?

— Да‑да‑да! — ответил ей хулиганский шум крыл. И с неба вокруг кресла со смехом и гоготом приземлилась целая стая Гусиных Лебедей.

Они были совершенно неприглядного вида: серые, в белых и прочих пятнах, точно недавно перемазались в грязной луже или сточной канаве. Вели себя они нагло, вызывающе; норовили ущипнуть любого, и ничем не походили на милых озорников, досаждавших в старой и милой детской песенке своей хозяйке‑бабусе.

Некоторые из лебедей были еще совсем молодые и поэтому выглядели особенно гадко.