Замок Хитрецов

Фриц радостно взвыл и заклохтал с присвистом, после чего громко защелкал губами, точно старый попугай клювом. Его соседи вновь немедленно ухватились за животики.

— Для волшебников, — тихо сказал преподаватель. — Вы же собираетесь избрать эту профессию, если я не ошибаюсь?

— Возможно. Я пока еще не решил, — пожал плечами лицеист.

Лицо высокого декана Игнациуса стало еще серьезнее. Острые, холодные глаза из‑под золоченой оправы прозрачных очков внимательно изучали мальчика.

Так что Денису даже показалось, что в оправу вставлены простые стекла. Столь пристален был взгляд северного чародея, устремленный на лицеиста.

— А зачем волшебнику такие существа? — вновь спросил Антон. — Ведь они всегда несут в себе большую опасность. Следовательно, в них заключено зло. Как я понимаю, прямо‑таки огромное!

Было непонятно, спрашивает сейчас Антон чародея‑норда или же просто рассуждает вслух, констатируя факт.

Аудитория разом притихла.

Заметно угомонился даже капризный Фриц.

— Разумеется, — после некоторой паузы подтвердил мастер Игнациус. — Но вы ведь помните, юноша, что эмблемой медиков издавна считается змея. Ядовитая змея, — со значением добавил он.

— Помню. Но только если мы говорим о такой твари, как василиск, это ничего не меняет, — произнес Антон, и в зале воцарилась уже просто мертвая тишина.

Денис с Максом лукаво переглянулись и украдкой пожали друг други руки под столом.

— Яд нужен змее, чтобы защищаться и добывать пропитание, — рассуждал далее Антон. — А василиску — чтобы сеять зло. Прошу прощения, мастер Игнациус, но вы ведь сами полчаса назад так сказали.

Волшебник кивнул, не говоря ни слова.

— Зачем же тогда разумным и добрым волшебникам нужны василиски? — пожал плечами Антон. — Ведь из зла не сотворить добро. Те, кто говорит иначе, просто лукавит. Во всяком случае, так нас всегда учили в Лицее.

— Ах, вот вы о чем.

.. — медленно произнес декан Игнациус. — Что ж, замечу и даже соглашусь, что в принципе, вы правы. Хотя в магической практике в некоторых подобных случаях бывают исключения. Когда приходится делать добро из зла.

— Зачем? — меланхолично повторил Антон. И на этот раз ответом ему было напряженное молчание аудитории. Даже Фриц смотрел во все глаза, но не на него, а на мастера Игнациуса.

Денис с Максимом тоже затаили дух.