Замок Хитрецов

Несмотря на славные семейные традиции, нынешний Кожемякович, если верить темным и путаным слухам, избрал себе редкий и мрачноватый удел. В Лицее он считался самым большим специалистом по черной магии. Будто бы появлялся он на Буяне редко, лишь когда приходила пора выполнить очередное задание Берендея Кузьмича.

— Только появляется он всякий раз под другой личиной, — заметил Антон. — Потому никто не знает, как он выглядит на самом деле. Да и, честно сказать, мало кто стремится это вызнать. С черной магией шутки плохи, это любому ученику Лицея известно.

Предок Кожемяка, если верить легендам, мог разом двенадцать воловьих кож разорвать. А вот нынешний Никита Никитич добился могучей силы и способностей в знании потаенных магических наук и сил, что питают их.

— Борозда Никитина, которую Кожемяка пропахал на Змее, когда борозду вели, говорят, и теперь кое‑где по степи видна, — рассказывал Антон. — И стоит она валом сажени на две высотою. Кругом пахали, а борозды никогда не распахивали. Оставлена она на память о первом Никите из Кожемяк.

— А зачем ты нам про эту борозду столько твердишь? — удивился Максим. — Лично я сказку хорошо помню. Мы ж ее на занятиях по истинной истории и заветному фольклору проходили... Денис вон тоже подтвердит.

Денис кивнул, Антон же посмотрел на товарищей укоризненно.

— Потому и говорю, чтобы вы лучше Никиту поняли, судьбу и нрав его. Думаете, с чего бы потомку кожаных дел мастера — в черные маги податься?

Денис и Максим пожали плечами — ну, мало ли..

— Беда у него какая‑то в жизни случилась, вот что, — пояснил Антон. — Говорят, как бороздой по его душе прошла беда эта. И с тех пор будто бы Никиту Темным прозвали. Потому как посвятил он свою жизнь борьбе со всякими некромантами и колдовством.

— А ты‑то откуда все знаешь, про Никиту и вообще? — протянул Максим. Видно было, что рассказ Антона произвел на нашего великого изобретателя должное впечатление, и он был заинтригован.

— Рассказывал как‑то давно один человек. Со старшего курса, — уклончиво ответил Антон, явно не желая развивать дальше эту тему.

И друзья не стали у него допытываться, лишь переглянулись разочарованно. Потому что отлично знали: если уж Антон не хочет сказать сам, из него клещами слова не вытянешь.