Требухашка. Рождение

— Знаете, что бывает когда убивают полицейского? Знаешь какой начинается кипиш? Как трясут всех и вся? Знаешь как роют пока не найдут виновных в смерти копа? А если не найдут, то виновными становятся все и абсолютно все местные бандосы отвечают за смерть сотрудника? Никто не будет жить спокойно после такой ошибки. Понимаешь или тебе на немецкий перевести?

Пухлая задумалась. Я смог цепануть бомжару за слабое место. Хороший понт дороже денег. Тварь побоится тронуть меня, пока будет думать, что я при погонах.

— И кто же знает, что ты здесь, фашист? — голос у толстухи немного дрогнул.

— Кому надо тот знает. Радуйся, что это не спец операция. Это разведка боем. И результаты мне не понравились, Пухлая. Избивать человека при исполнении было глупо. Очень глупо.

Она молчала. За спиной тоже молчали. Толстуха тяжело смотрела на меня и думала. Я смотрел в ответ. Сейчас что-то решается или мне кажется? Сейчас нож войдет сзади между ребёр или накинут удавку? Пойдет жирная ва-банк или отпустит? Я бы не отпустил.

-Дык он не мент,- пробубнил кто-то сзади, и толстая вздрогнула.

-Как знаешь?

-Дык я видел его. Он грузчиком работает в магазине. Я там мусорки потрошу, точно, он это. Толян-сиделец — его напарник, знаю его хорошо. Какой же он мент. Грузчик он.

Тишина начала нереально давить, но продлилось напряжение недолго.

— Ага, — сказал я в полной тишине, — получи фашист, гранату.

— Георгий... Это чего?

Георгий молчал. Наверное много думал.

— Георгий, зачем ты его притащил, а?

— Так он сам за мной увязался, -оправдывался Георгий, когда Пухлая откидывала медленно одеяло. — Всё спрашивал всякое, бил по морде. Про тебя расспрашивал.

Я смотрел на панталончики, открывшиеся после ухода одеяла. Кружева, розовый цвет — все дела. Только размера негритянского — как у мамаши Чоли ( не знаю кто это). Из панталошей торчали огромные ступни и немного варикозных ног.

Сопела Пухлая тоже как танк на разогреве. Вот только на кого же она зла?

— Ты кто такой?

Похоже на меня.

Пожимаю плечами и стараюсь устроиться удобнее, но кто-то сзади давит на плечи, прижимая к седушке.

— Я? Ангел Смерти! Срыватель Крыльев и друг Требухашки! Мне нужен мой кастет, мои серебряные щипчики и чистые штаны. Пойдём со мной, если хочешь жить.