Мальчик Небо

Ну, говори!

То ли непривычно злой тон, то ли давнее желание высказаться, то ли влияние момента, но слова – сбивчивые, рваные, вперемешку со слезами – стали вылетать изо рта девушки.

Про развод родителей, про обиду на отца, про случайно задравшуюся юбку в автобусе, чем воспользовался какой-то извращенец, про жаркие споры с матерью о том, чтобы Света бросила институт и шла работать… И много мелочей, которые и заставили её закрыться в ванной с бритвой из швейного набора, который на 8 марта подарила ей старшая сестра лет 10 назад.

Она снова вспомнила тот острый и животный страх при виде крови, однако ей тогда казалось, что позови она на помощь, то будет хуже: скажут, что хотела внимания, что надо было закончить начатое, что тратит драгоценное время врачей, которое они могли бы потратить на настоящих пациентов.

Все эти мысли заставили девушку откинуться спиной на стенку ванной и, глотая слёзы, ждать конца.

Потом вернулась Мила, заорала от ужаса, дрожащими руками вызвала скорую, завязала на запястьях по полотенцу.

Плакала, ругала, жалела, просила потерпеть…

В больнице, Света дичилась персонала и соседок по палате больше от стыда, чем от упрёков, которые к слову сказать не было. Лишь один раз пожилая уборщица проворчала что-то вроде «вот я же живу, а эти таблетку глотают», и эти слова не вызвали никаких негативных эмоций.

– Это такое клише, – подумалось девушке, – недовольная уборщица.

Однако в другую смену дежурила совсем другая женщина, она-то ласково и предложила Свете, калачиком свернувшейся на кровати, хотя бы к окну подойти и на свет Божий посмотреть, а то вон какая бледная, как наволочка.

Неохотно, больше от желания угодить такой милой женщине, пациентка подчинилась.

И вот тогда. Именно тогда это случилось.

Хмурое весеннее небо, затянутое плотными грязно-белыми облаками, разверзлось и яркая лазурь взглянула на землю. Словно какой-то огромный пушистый кот лениво приоткрыл один глаз, чтобы оценить обстановку: не разбушевались ли мыши? Затем яркие солнечные лучи ударили Свете в грудь и лицо, согревая, слепя, требуя внимания.

И тут девушка впервые за долгое время широко улыбнулась и, сама удивившись своей реакции, закрыла глаза, и там, под красно-жёлтыми всполохами ей пришлось признать: как же хорошо! Как же хочется жить!

Это прекрасное чувство охватило её полностью, до мурашек по спине и забинтованным рукам, до лёгкой дрожи в тонких пальцах с короткими ногтями, которыми она впилась в пластиковый подоконник.