Перевёртыши. Часть 2.

В одной части он учился, обретал новые знания и друзей, и был маленьким зёрнышком в общем колосе. В другой части у него были любящие сестра и дядя, всегда готовые поддержать его и подумать вместе с ним над любым вопросом, который его занимает. И в третьей части жизни Кана была матушка, требовательно подчёркивающая его высокий статус и никогда ни в чем не сомневающаяся.

Пока Кан учился, у маленькой Айю появились новые друзья — дети дворцового садовника. Но Кан не захотел знакомиться с ними, сославшись на этикет.

На самом деле, он просто побоялся стать лишним в жизни девочки. Та почувствовала его неприязнь, сделала свои выводы, и больше никогда не рассказывала Кану о других частях своей жизни, по прежнему, посвящая каждый десятый день ему.

Когда Айю исполнилось семь лет и она стала учиться, матушка, как глава Дома, заявила, что Советница — официальное лицо, и до достижения совершеннолетия, обязана носить вуаль везде, включая дворец, открывая лицо лишь перед Хранителями. Довольно трудно было привыкнуть видеть только глаза Айю при разговоре, лишь догадываясь, что вот сейчас она забавно морщит носик, собирая вместе золотые брызги веснушек, или, от нетерпения, сердито покусывает губу.

Когда Кан перешёл в лицей, он стал меньше времени проводить во дворце, и больше с друзьями-подростками. Но по-прежнему, каждый десятый день он приходил к пруду, чтобы оставить короткую записку Айю и забрать подробное письмо от неё.

Когда Айю перешла в женский лицей, она спрятала под вуалью всё лицо, и её характер стал портиться — иногда она встречала его с радостью и засыпала вопросами о его жизни, а иногда вела себя слишком скованно и отмалчивалась весь вечер.

А потом у Кана появилась ещё одна часть его жизни.

Горный массив в Саккаре был довольно крутой. И хотя не так-то просто было добраться до плато с древней крепостью, даже потайная тропинка хорошо охранялась. Четырёх путников в одежде дворцовой стражи всю дорогу сопровождали птичьи трели, от начала подъёма и до ворот крепости.

Когда Старший охраны, единственный из всех с открытым лицом, подошёл к воротам, он даже не поднял руки, чтоб постучать.

Окошко в дверце открылось, охранник долго изучал закрытые лица спутников Старшего, но те даже не пошевелились, чтобы показать лица. Дверца открылась без единого слова, и путники вошли.

Все жилые и подсобные помещения крепости были вырублены в скале, а относительно ровная площадка была превращена в полигон для отрабатывания боевых навыков.