Перевёртыши. Часть 2.

«А что если ему стал известен какой-то секрет, дающий Кану лазейку в открытом соперничестве? И он, всё же, решил потягаться с Каном, но другим способом? Если подумать, у Кана только одно преимущество — он ближайший родственник Хранителя. И если это затея Раса, то как далеко он готов зайти? И насколько я готов ему помогать?»

Воевода потянулся к шнуру звонка, дернул два раза. Вошёл Бор, второй секретарь. Как всегда, подтянутый и немногословный.

— Пошли за Расом, я хочу его видеть. И возьми донесения на него.

Секретарь вышел и вошёл с небольшой тетрадкой в руках.

— Есть что-то новое в его поведении?

— Новое за какой период?

— Говори!

— Последние три года ваш внук каждый вечер исчезает в неизвестном направлении. Стажёры ни разу не смогли за ним проследить, он умело заметает следы.

— Почему ты сразу мне не доложил?

— Я докладывал — вы махнули рукой, сказав: «Пусть мальчишка развлекается». Поэтому, опытных следопытов я посылать за ним не стал.

— Значит, пошлёшь. Я хочу знать, где он пропадает. Пошлёшь трех самых лучших.

Полководец возбужденно потер руки:

— Неужели, мальчишка затеял Большую Игру? Что ж, прикинем, какой у нас расклад.

Заброшенная деревушка получила вторую жизнь.

Первые два дома у края дороги так и остались пустыми полу-развалинами, остальные дома были отстроены заново и обжиты. Вместительная конюшня отсвечивала свежими дощатыми перегородками, а за ней начинался спуск в отработанный глиняный карьер.

Две фигуры, густо перевязанные травой, распластались за кустом орешника, наблюдая, как на дне карьера усиленно отрабатывали приёмы рукопашного боя до тридцати мужчин в сине-коричневой униформе рекрутов военного Клана.

К ним присоединились ещё две такие же закутанные фигуры. Крадучись, перебежками, лазутчики добрались до заброшенного дровяного сарая в лесу, огляделись по сторонам, и только потом вошли в ветхое строение.

Внутри они тоже тихо постояли, прислушиваясь. Один из них поднял большую корзину с ветошью, стоявшую в углу, открывая другим узкий спуск в подпол. Спустившись последним, он привычно поставил корзину на место, закрывая вход от посторонних глаз. Небольшое помещение освещалось через широкие щели помоста, ведущего к дверям сарая, и установленного именно для этих целей.

— Говорите.

— Двадцать лошадей, на всех клеймо городской конюшни.