Перевёртыши. Часть 2.

— Безмозглая девчонка! Как ты додумалась до такой авантюры? О чем ты вообще думала? Ты хоть понимаешь, чем рискуешь? Думаешь, Наследница — всемогущая? Всегда сможет прикрыть тебя? Это же надо — додуматься до такого! И Там — идиот, как он мог отпустить тебя?

— Там не причём! Он не знает! — попыталась вставить девушка, но только подлила масла в огонь.

— Конечно! Это только в твою бестолковую башку может прийти такая идея! Приключений захотелось? А горшки чистить всю оставшуюся жизнь — хорошее приключение? Как раз его ты и получишь.

— Откуда… Как вы… меня узнали? — голос девушки слегка хрипит от волнения.

Это немного смягчило Кана.

— Видел на тренировочной площадке. Где твоя лестница?

— А? — девушка оглянулась и только теперь узнала место. — Ещё вперед, напротив раздвоенного дерева. Как вы узнали?

— Видел не раз в детстве, как дети садовника сбегали из дворца, привязав к забору веревочную лестницу.

Девушка только втянула голову в плечи, не отвечая.

Кан подъехал вплотную к высокой каменной ограде. Девушка, держась за его плечи, вскарабкалась ногами на круп лошади и ойкнула от неожиданности: над забором показалась голова в тёмном капюшоне. Впрочем, телохранитель тоже не ожидал увидеть её так близко и тоже отшатнулся.

— Что, проснулся, охранничек? Ворона слепая.

— Простите, дайн, я виноват, — усевшись верхом на каменную стену, Там подхватил девушку, осторожно перенёс через ограду и отдал в чьи-то руки.

— Ещё как виноват! …Ладно, где тебе управиться с двумя непоседами? А девчонке скажи — своей излишней прытью она не поможет Айю. Только подставит её.

— Эээ? … Да, дайн.

— Айю спит? Держи, это то, что девчонка искала, — Кан достал из нагрудного кармана брикет и бросил телохранителю, затем хлопнул лошадь по крупу, разворачиваясь.

Девушка и охранники вошли в кабинет Наследницы. Втораядевушка, в серой одежде Школы, прохаживается по комнате, нервно теребя капюшон в руках.

— Цела? Наконец-то! Как ты могла так рисковать? — обнимает она беглянку. Та успокаивающе похлопала подругу по спине и обернулась к телохранителям.

Парни молчат, но кажется, что воздух комнаты медленно тяжелеет, пропитываясь их гневом.