Перевёртыши

А что дворцовая служащая делает в гостинице?

— Так я сестра хозяина! А здесь провожу свои выходные. Вам стоит на второй этаж подняться, там столы для высокородных дайнов.

— Нет, не стоит. Нам нужна комната для дайны с детьми. Она поживёт здесь какое-то время.

Девушка склонила голову к плечу, немного подумала.

— Пожалуй, у нас есть подходящая комната, не дорогая, но просторная и светлая. Правда, там только две кровати, но у брата есть в запасе детские кроватки, вам занесут.

Рас довольно усмехнулся, увидев, что их привели к комнате, соседствующей с выбранной его рекрутом.

— Годится! — Рас опустил малышку на пол, — осматривайтесь, располагайтесь. Если что-то понадобится дополнительно — присылайте запрос, я оставлю адрес. Счета за еду и проживание оплатит Клан, я оставлю распоряжение хозяину гостиницы.

Рас поспешно ушёл, а Ани подошла к Мину, собиравшему в корзину посуду с пустого стола.

— Вот и разгадка твоего ряженого. Ты был прав, никакой он не селянин. Рекрута тайно подселили наблюдать за вдовой.

— Наблюдать или охранять?

— Вот ты нам и это расскажешь. Запомни этого парня…

— Которого?

— Того, что ушёл. Шикарные золотые кудри, глаза, жёлтые, как у рыси — это Рас, внук Военного Главы. Он затеял какую— то игру вокруг вдовы. Сказал, что проживание оплачивает Клан, а оставил номер личного счёта. И о наблюдателе вдова не догадывается. Мне интересно, что за этим стоит. Присмотришь за ними?

— А куда я денусь?

— Пока, братишка. Нам пора на службу, — Ани чмокнула Мина в висок.

[1] тотилья — шапочка-таблетка, головной убор замужней саккаринки.

[2] рекрут — низшие, с восьмого по десятый, ранги в Военном Клане.

Глава 5. Эрим, клерк.

— Это плохое предложение, лорд Эрим, — Атар вытянулся в струнку, как всегда, когда собирался оспаривать распоряжение начальства.

— Ну почему же? Если мы разойдёмся в разные стороны, то сможем расспросить гораздо больше людей, чем только один из вас. А чем скорее мы найдём эту «лазейку», тем быстрее вернёмся домой.

— Инструкция запрещает нам оставлять вас…

— Да какая инструкция! Кто здесь будет проверять тебя?

— Я сам. Моя честь и присяга.

Эрим досадливо поморщился. Он был категорически не согласен с Атаром, но толкать его на недостойный поступок было против его собственных понятий о чести.

— Я давно уже не ребёнок, — буркнул Эрим, прохаживаясь по комнате, — а здесь, если ты заметил, вообще никому нет до меня дела.