Лазурный Край

Чайник очень вовремя засвистел, позволив мне отвлечься и спрятать тревогу из-за возникших предположений. Конечно, в этом районе жило достаточно много людей, и Ямасаки вряд ли мог встретить именно его…

Я поднялась на ноги и сняла чайник с огня, восстанавливая тишину в помещении и следом заваривая чай в подготовленных заранее чашках. Глаза парня внимательно наблюдали за клубящимся над струёй воды паром. Когда обе ёмкости были наполнены почти до краёв, я села обратно на своё место, незаметно глотая ком в горле, но стараясь выглядеть непринуждённо.

-Интересно, значит, ты уже познакомился с кем-то из соседей? – Ямасаки утвердительно кивнул, странно вглядываясь в моё лицо. Он открыл рот только тогда, когда убедился, что я удобно села и ещё не успела взяться за ручку горячей посуды.

-Его зовут Джей.

Он мог откуда-то что-то узнать?

Иначе как я могла объяснить эту специальную паузу и пристальный напряжённый взгляд? А может, мне просто чудилось всё это из-за оцепенения, оглушившего меня и все мои органы чувств единоразово.

Пальцы застыли в паре сантиметров от ручки на чашке с горячим чаем, а я, как дурочка, уставилась на лицо японца немигающим взглядом. Осмыслить это было действительно нелегко. Как вышло так, что эти двое настолько легко встретились? Не прошло и пары дней… Аппетит куда-то пропал, и вместо него возникло ощущение, что я проглотила огромный камень, теперь тяжело лежащий в желудке. Даже сладкий запах ванильных булочек больше не дразнил рецепторы.

Невольно я опустила голову, чувствуя растерянность. Это была совсем не та тема, которую хотелось поднимать за столом после работы – особенно в такой хороший день. Он ведь в самом деле не мог ничего знать, так же?..

-Ханна?.. – Ён немного подался вперёд, заглядывая мне в лицо. Столкнувшись с его глазами, я неожиданно почувствовала себя немного лучше. Они смотрели с беспокойством и молчаливым вопросом. Нет, он точно был не в курсе моих чувств к этому человеку.

Это просто выходки моей паранойи, - Всё хорошо?

Я кивала, изо всех сил напрягая мышцы лица, вылепливая из них какую-никакую улыбку. Что бы не происходило – только не вмешивай в свои личные дела постороннего, не заслужившего подобных неприятностей. Чадома эта участь заранее не миновала, и потому он в это правило не вписывается. Но Ямасаки молчал, продолжая смотреть на меня, игнорируя булочки и чай на столе.