Кумо

Говорят, ты тоже знаешь формулы.

— Я один раз сомкнула Владу губы. Я слышала, как отец, произносит такое заклинание, то есть формулу, и повторила за ним. И ещё Владу помогла вспомнить разговор с Тамарой.

— Хорошо, значит, у тебя хороший слух и горло подготовлено. Я опасался, что ты не способна к обучению, — облегчённо выдохнул Камнев.

— А кумо можно убить? — неожиданно для себя спросила Даша.

— Конечно! На закате империи Цзинь кумо поубивали друг друга.

— А простой человек может его убить?

— Вряд ли. У кумо есть формулы.

— А если против него тоже использовать формулы?

— Можно, но археологи знают не сильно много формул.

— Влад сказал, что кумо прицепил ко мне паутину. Зачем?

— Паутину? А-а-а-а, это как печать, только с поводком.

— Какая печать?

— Ученическая. Там в основном блок на то, чтобы не причинять вред учителю и что-то типа маячка. Я примерно могу определить твоё местонахождение. Далеко ты или нет. Как он работает, мы не понимаем. Этот маячок — ещё одна причина, почему теперь тебя Тамара не тронет.

— А как же моя мама? — всхлипнула Даша.

— Даже если убить кумо, это не вернёт ей потерянную энергию, она уже мертвец, — спокойно ответил Камнев.

Дашу это спокойствие взбесило. Её маму убивает чудовища, а этот взрослый сильный колдун, то есть, археолог, просто сидит и пьёт чай. Даше захотелось наорать на него, она еле сдержалась, выскочила из-за стола и убежала в комнату.

Даша повалилась на диван и разрыдалась, уткнувшись в подушку: «Археологи жестокие, бесчеловечные люди или вообще не люди, такие же чудовища как кумо! Только и делают, что копят богатства и используют детей как прислугу! А отец меня не любит! И маму не любит! Он нас никогда не любил! Он нас съесть хочет!»

— Даша, не расстраивайся! — Камнев присел на край кровати, — Мне жаль твою маму и тебя, но я ничем не могу помочь.

Даша всхлипнула в подушку.

— Не плачь. Я, когда тебя увидел, то у меня будто лампочка в голове зажглась. У меня тоже есть дочь, она приблизительно твоего возраста. Наверно… я даже имени её не помню, ни то что возраст.

— Почему? — глухо спросила Даша.

— Человеческая память такая странная штука, что-то неважно хорошо помню, а свою как выглядела бывшая жена и дочь понятия не имею. Странно это.