Город Мечты

Неодобрительно глянул на «посетителя», встряхнулся, и снова исчез. Голуби тут же благоразумно вернулись на памятник, и только муравьи упорно продолжали штурмовать скамейку.

- Надо же – какая тут бурная жизнь! Хотя, с другой стороны – людей здесь нет, вот живность и чувствует себя владельцем территории.

Милан оглянулся по сторонам. После еды ему жутко хотелось пить.

- Надо поискать какой-нибудь кран – подумал он. – Должен же он где-то быть. Астры возле монумента не сами же так вымахали. Значит, их кто-то поливает. Да и вообще, пора двигаться дальше.

Солнце уже в зените, а я до сих пор в ГОРОД не вошел. Хотя пока и не понял – зачем мне туда надо? Что там найдет неудачный сын пьющих родителей, бросивший школу, оболтус, и бродяга с десятилетним стажем? Работавший и грузчиком, и репортером, и курьером – и нигде не задержавшийся дольше трех месяцев? Еще и пишущий стишки и сказки? Что, как говорится, тоже не характеризует меня положительно. Городских сумасшедших там, наверное, хватает и без меня…

Он уложил в рюкзак спальник, затянул тесемки, высыпал голубям крошки из опустевшего пакета, и, привычно вскинув ношу на плечо, неторопливо побрел к видневшейся вдали ограде старого кладбища.

Туда, где за серой кирпичной стеной и дубовыми кронами, высились многоэтажные дома…

Милан исправно вертел головой в поисках источника воды, и по пути машинально разглядывал могилки. В общем-то, ничего нового: где вычурная оградка, где – семейный склеп, а где – просто покосившийся крест. Но все достаточно ухоженное. Цветники благоухают, дорожки чисто выметены.

Даже обнаруженный кран – функционирует. Правда, посетителей не видно.

- Но это и хорошо – подумал он. - Можно не только напиться, но и умыться. Только надо рюкзак пристроить.

И шагнул в ближайшую калитку. С памятника на него глянула симпатичная молоденькая девушка.

- Надо же, как не повезло красотке – хмыкнул Милан.

И невольно взглянул на цифры, судя по которым она скончалась в 1890 году. «Смерть нанести не пожелала рану оружьем лет и преизбытком дней Красе, что здесь почила, дабы ей вернуться ввысь, не потерпев изъяну».

- Обалдеть! А букет в вазе – совсем свежий. И яблоко рядом лежит. Оно ж не с дуба упало! Неужто, ее потомки второе столетие сюда бегают?

Он умылся, завернул кран, и огляделся. Теперь уже более внимательно.

- Хм! А покойнички-то все – из девятнадцатого века. Как сговорились! А что у того тощего дядечки с бакенбардами написано? «Он умер оттого, что был он скуп: не полечился, денег было жалко.