Запутанная история

И к зеркалу развернула. А там я, вся такая двадцатишестилетняя, — и тяжело вздохнула.

Мама на секунду задумалась, видимо переваривая мой рассказ. Однако, по ее суровому выражению лица несложно было догадаться, что ничего хорошего в таком явлении не было. Не выдержав ее молчания, сопровождаемого только тихим говором телевизора, я хмуро спросила.

— Да что не так-то? — И пристально посмотрела на женщину. Мама, помолчав еще минуту, осторожно заговорила.

— Понимаешь… Нас с бабушкой твоя прабабка к гримуару допустила не то, что после тридцати.

Дождалась, когда мы детьми обзаведемся, и только тогда. Мол, теперь мы точно готовы перейти на следующий уровень. Энергия-то должна была стать спокойнее. Но если она пошла на такой опасный шаг и доверила тебе свой главный фолиант… — Я непонимающе-осторожно нахмурилась.

— Что-то мне не нравятся твои речи. Чует мое сердце, что мы накануне грандиозного шухера. - Процитировала я какой-то недавно просмотренный сериал и нервно поежилась.

Наши рассуждения прервала бабушка, вошедшая на кухню с телефоном в руках.

— Нет, ну, вы представляете? — Возмущенно всплеснула руками она. — У Татьяны Андреевны домовой пропал.

Война план покажет

Мы с маман недоуменно переглянулись.

— В смысле, пропал? — Непонимающе нахмурилась я и, выпрямившись, скрестила руки на груди, чтобы думалось легче. — Домовые — не кошки. Они сами по себе не гуляют. Может, она его случайно прогнала?

— Ой, я тебя умоляю, — скривившись, махнула на меня рукой бабушка. — Если бы она его случайно прогнала, то не жаловалась бы мне сорок минут, что не может до него докричаться.

Тогда разговор бы шел про то, что с ним не договоришься.

Я понимающе кивнула. Федосей, домовой тети Тани, славился своим слегка обидчивым и упрямым характером. Внешностью Федяй больше походил на подростка, чем на духа-хранителя дома. Небольшого ростика, с длинной шевелюрой цвета соломы, вечно одет в футболку и джинсы. А иногда домовой и вовсе срывается в подростковый бунтаризм. Может часами сидеть на печи и игнорировать просьбы о помощи.

Единственный, кого он уважает, это муж деревенской ведьмы — дядя Влад. Чем таким он Федюньку зацепил, непонятно. Сам домовой на все вопросы только загадочно пучил глаза, улыбался и менял тему.

Но и плохим хранителем Федосея назвать было сложно. Если он учует хотя бы намек на опасность для дома или его обитателей, от подростковой капризности не остается и следа. Федя будет защищать до последнего. Чего бы ему это не стоило.