Черная роза

— Великолепно, — обрадовался Глава, рассматривая кольцо. — Я тебя недооценил. Никаких неудобств не доставила доставка этого дивного предмета?

— Кроме того, что я был на грани смерти, в целом никаких.

Мужчина ухмыльнулся.

— Все не можешь отпустить ее, Дэнни? — спросил Глава с издевкой.

— Не называйте меня так, — твердо выговорил юноша.

— Как бишь звали ту славную особу… Хелен, кажется?

Дэниел и не заметил, как его руки сжались в кулаки, желая встретиться с лицом нахального господина. Между тем сердце вновь сжала страшная боль.

— Если это все, я могу идти? — тяжело дыша от боли, спросил вор.

— Разумеется. Ступай, отдыхай, — Глава смахнул рукой, не отрывая взгляда от кольца.

Парень вылетел из дома, и не разбирая дороги, пустился в дорогу. Так он дошел до набережной. На скамейках сидели парочки, встречающие рассвет и не обращающие внимания ни на что вокруг. Вору было все равно, заметит ли его кто-либо — мысли были заняты совсем другим. Он сел на скамейку и любовался спокойным течением реки. Мимо проезжали кареты, ходили люди самых разных мастей: богачи выгуливали своих собачек, пьянчуги покидали ближайшие пабы и на полусогнутых ногах шли по домам, проходившая мимо молодежь обсуждала учебные материалы и дальнейшие перспективы.

Кругом разворачивалась жизнь, которая Дэниелу была недоступна. До конца дней ему придется оставаться в тени и не высовываться.

Казалось, людям совершенно не было дела до того, что самый известный вор Лондона сидел прямо у них перед носом, будто юноша исчез и больше его нет.

Гастингса поглотило чувство опустошенности. Уже давно он не ощущал себя настолько ничтожным, как теперь. После слов Главы на поверхность поднялось то, что последние два года юнец пытался скрыть в самых глубинах своего сознания — одновременно лучшие и самые ужасные воспоминания из жизни в приютах. Все они были связаны с одним человеком. Хелен. Стоило этому имени всплыть в памяти, вор залился горькими слезами.

— Прости меня, — тихо проговорил Дэниел, закрыл лицо руками и плакал. Он не мог остановиться.

Ближе к полудню юноша вернулся в лачугу, которая при свете дня выглядела еще хуже, чем вечером. Арчи тут как тут уже радостно прыгал вокруг парня с мячиком в зубах, будто пытаясь отвлечь того от всех бед. Юноша бросил мячик, и пес тут же его принес, требуя повторного броска. Так, немного поиграв с псом, парню действительно стало немного легче.

— Спасибо, Арчи, — Дэниел погладил пушистого друга и вошел в домик. Там он упал на кровать без задних ног и заснул.