Восход созидателя. Каратель

Чужая популярность прямая угроза их положению.

Это по всем показателям идеальный выбор. Тем более, что власть их шаткая. То, что за мной встало столько людей, наглядно продемонстрировало, что они всем до чертиков надоели со своими порядками. Не было только искры и лидера, чтобы вспыхнуло восстание.

Искрой, переполнившей терпение школьников стало нападение на княжну, а лидера увидели во мне. Но восстание я сам потушил. Я лично один прополю эту грядку. Я не собираюсь жить в среди полыхающего пламени.

Столкновение было неизбежно и здесь я защищаю не только свою честь но и честь всего Рода.

Пусть это будет неравная схватка с боярскими родами, но мое бездействие было бы еще более разрушительным для рода. Мама поймет и поддержит. А потом… Я решу и эту проблему.

Направляюсь к их столику. А потоки надменности и презрения еще более усилились. Только к ним еще добавилось изумление и толика беспокойства.

Не вы одни умеете играть в эти игры.

Презрение?

Надменность?

Они начинают мне активно не нравиться. И я отпускаю чувства, так как они сейчас нужны.

Что их потуги по сравнению с МОЕЙ надменностью, с МОИМ презрением.

Вы. Черви. Смеете. Смотреть. Так. На меня. Жалкие. Ничтожные. Насекомые.

Все, теперь спокойствие и хладнокровие.

Вся четверка сжалась. Лица беспристрастны, глаза пустые. Посторонний зритель ничего не обнаружит, сидели подростки и продолжают сидеть как ни в чем не бывало. Более того, их собственное сознание не в курсе, того что произошло. Только в подсознание ворвалось и пронеслось настоящее торнадо.

Сидят голубчики и у них четкое ощущение, что пришел большой полярный лис, а вот причин этого ощущения нет. Вот и выдавливают сознанием это ощущение, загоняют его в стойло.

Никакой мистики, никакой магии, тем более ментальной. Кстати ее в этом мире тоже не существует, во всяком случае не зафиксировано доказанных случаев ее наличия. А это равнозначно тому, что ее нет.

Чернявый больше доверяет своей пятой точке. Он едва скрывает ужас, не понимая его причин. Враг Лейлы готов сорваться с места по первому же поводу.

И я предоставляю ему этот повод. Двумя пальцами беру его за воротник и с брезгливым выражением отбрасываю его в сторону.

Забираю его стул. Отставляю его подальше от стола. Присаживаюсь на него.

-Мое имя Адам Тоташов. Я надеюсь, что Вы примете участие в турнире. Я также надеюсь, что у вас хватит храбрости встретиться на турнире со мной лицом к лицу.

-Что ты себе позволяешь,- где же хваленая аристократическая едкая вежливость.