Ведьмина клятва

Харизма и тестостерон там пёрли изо всех возможных щелей, начиная с ушей и заканчивая люверсами на брендовых кроссовках - этакая псевдо-лениво-ухоженная версия голливудского звездюка, как бишь его зовут, вечно забываю, он ещё кулаками махать горазд и по бабам очень большой спец. 

Штучный экземпляр, надо признать. Стандартная реакция женщин на такой экземпляр самца – ступор.  И ничего удивительного, для, скажем, мужика далеко за полста он выглядит очень и очень молодо… 

И объяснений такому феномену явно меньше двух, собственно, оно одно-единственное - перед нами ведьмак.

Или колдун, что гораздо вероятнее. Не будь моя душенька хорошо выморожена и высушена покойной бабулей, я бы уже закапала паркет слюной в радиусе полуметра, это как бог есть. Мощный эротический раздражитель, не спорю, но сейчас мне важнее другое - оба шуша прянули от него в стороны и попрятались кто где. Колдун!

Он улыбнулся, я рассеянно покивала, отослав шушей от греха подальше, один из них заметно разволновался от переживаний.

И мы приступили к ужину. 

Мальца я повязала салфеткой и поставила перед ним маленькую чашечку с бульоном. С непередаваемо потешной серьёзностью мелкий Воронов аккуратно отпил из сосуда, по-сибаритски отставил его в сторону и мгновенно утянул с моей тарелки кусок рыбного филе. Шустрый малец! Я восстановила прежний порядок на своей тарелке, Алёшка снова стащил рыбу, и тут же её слопал. И так мы развлекались до самого десерта, за которым торжественно угостили присутствующих солёным коржиком.

Все шоколадки и прочие излишества я предусмотрительно изъяла из вазы перед самым ужином. И попросила на вынос небольшую корзинку с фруктами зелёного цвета, что и было немедленно предоставлено. Старший сын вёл себя тише воды и ниже травы, так забавно созерцать за ужином четыре разновозрастные копии одной исходной формы. И у всех пронзительно-синие глаза, и похоже, на этой семейке природа отдыхать почему-то не пожелала.

После ужина старшие господа пригласили меня в кабинет хозяина для беседы.

Алёшка не слезал с рук, даже не бесился, как днём, а просто сидел, привалившись к отцовской груди, вертел в руках дорогущую мобилу и пытался разобрать её на фрагменты.

Старший Воронов, Пётр Алексеевич, не стал ходить вокруг да около и тут же поставил в известность окружающих о том, что ему ничего не удалось выяснить обо мне, ибо в ближайшие семь-десять лет девушка с такой известной фамилией и нестандартной внешностью в городе и социальных сетях не появлялась.