Ведьмина клятва

- Зачем?

- А ты никого искать не будешь?

- Искать буду без вариантов, дядя Фёдор, но с какого боку тут духи? Я с ними и говорить-то не могу, вижу разве что… да и то не всех.

Старик явно не слушал мой лепет, затянулся трубочкой и пробормотал:

- Духа-защитника привязать не смогу, силы уже не те. Я и в молодые годы этим не часто баловался. Такого своей кровью кормить положено.

- Знаю, но о чём вообще речь?

- Ты уедешь через три недели, я так решил.

Я оторопела, он решил! Да за меня и бабка ничего решать не могла, а тут старый шаман решил!

- Ты не скалься, - старик снова затянулся дымом, - я так вижу.

Что за странные пророчества он тут нагнетает? Я непроизвольно дёрнулась, когда меня коснулась невидимая сущность из тех, что всегда окружают старого шамана. Силён старик хоть и прибедняется, ему до сих пор такие духи служат, что мне только и остаётся, что завистливо вздыхать. 

- Пусть быстро, но причём тут духи?

- Я добуду тебе сильного духа Нижнего мира.

Ух ты, большая редкость. Такой будет служить не за страх, а за совесть, главное вовремя его подкармливать. Своей или чужой кровью. В данном случае лучше всего чужой. Ведьмы его не увидят, разве что шаман заметит, но далеко не каждый. А таких говорящих с духами, как Фёдор, на всю Россию хорошо, если двое-трое имеются. Он в своём роде последний могучий шаман этой местности. Как говорила бабка, его сами высшие духи просили пожить ещё, когда он собрался уходить в нижний мир.

- Когда начнём? – спросила я

- Через три дня.

Он выбил трубку и полез на печь, давая понять, что разговоры закончены. Я тоже не стала засиживаться у огня, улеглась в горнице на бабулину кровать, и оба домовика тут же шмыгнули мне в ноги, как обычные домашние коты. Под их возню и негромкую беседу я уснула. 

Три следующих дня на моём дворе сменялись оленьи упряжки, вместо еды я пила оленью кровь, а в последний вечер – кровь белой оленихи, которую старик самолично забил позади избы, причём, расположил жертву призываемому духу так, чтобы кровавая дорожка шла от крыльца к убоине.

Камлать шаман начал ночью… Огромный бубен и обшитая мехом колотушка вздымались к звёздному небу, босые ноги медленно и как-то невесомо переступали по снегу. Рваный ритм негромко звучавшего бубна дробился в мозгу на множество звуков. Меня крепко держали за плечи двое его сыновей, а третий всем весом лежал на моих ногах.