Магия сказочного замка

Лохматая и чумазая, она (то есть я) действительно походила на преступницу. Глаза были черными и страшными, нос занимал собой пол-листа, а непропорционально длинные губы кривились в подобии улыбки. Я довольно-таки долго рассматривала это ужасное изображение, что полицай даже не выдержал и кашлянул.

– Не видела, – ответила я, отрываясь от портрета. – Но, если увижу, обязательно сообщу куда следует.

– Правильно, – ответил полицай и пошел дальше.

– Ты это видела?! – прошептала моя знакомая. – Ужас какой-то. Вот ведь поиздевались над образом.

– Ага, у меня фотография в паспорте и то лучше будет, – согласилась я.

Девочка прищурилась. Наверное, слово «паспорт» было ей не знакомо. Хотя, может быть, о фотографии она тоже ничего не слышала? Так или иначе девочка быстро вернула себе прежнее выражение лица.

– Я, кстати, Забава, – шепнула она.

У нее были очень красивые голубые глаза, которые не очень сочетались с ярким цветом рыжих волос. Зато подходили к слонику, изображенному на чайнике.

– Милый чайник, – пробормотала я.

Наверное, мне следовало представиться, как это сделала девочка, но я пока не определилась, стоит ли мне называть свое настоящее имя. Может быть назваться Надей или, например, кем-нибудь другим. Я ведь могла придумать себе любое имя, которое главное, потом не забыть. Итак, в детстве мне нравилось имя... Ну вот... забыла.

– Ой, спасибо... – заулыбалась Забава и принялась рассказывать мне о своей жизни, начиная чуть ли не с самого рождения.

И все было вроде как у всех – училась в школе, дружила с подружками, даже дралась с мальчишками.

– ...а месяц назад превратила лягушонка в чайник и решила, что пора попробовать пройти Выбор.

– Чего превратила? – не поняла я, тупо уставившись на чайник в руках знакомой.

Подумала, что ослышалась, но Забава потрясла пузатый чайник, и тот приглушенно квакнул.

«Лягушонок? – вихрем пронеслась у меня в голове мысль, – Это лягушонок? Чайник-лягушонок?» Но не успела я как следует над этим поразмыслить, а девочка, как ни в чем ни бывало, продолжила свой рассказ. И я снова погрузилась в нудную историю о том, как живется в волшебном мире среднестатистическому школьнику.

На вид Забаве было лет четырнадцать, но по рассуждениям я дала бы ей и того меньше. Это была наивная девочка, видящая в мире и людях только прекрасное.