Хмель и Клондайк

– Насколько немного?

– Контрразведку возглавляет. А что?

– Он встречи ищет, я ему зачем‑то нужен. Думаю, что из‑за того тайника все. И пытаюсь просчитать, как себя с ним вести.

– Я бы с ним себя вообще никак не вел, если бы возможность была. – Хмель кисловато скривился. – С Дружиной ты сам знаешь как: чуть ближе подпустил – и уже сам не заметил, как они тобой командуют.

– А по Кузьминку что конкретно знаешь?

– Мало, тут тебе лучше с Гамлетом или Селиным поговорить. У них на самый верх выходы, а я больше с чужих слов.

– А с чужих слов?

– Мутные они. Гладко стелют, да жестко спать. Могут и разменять тебя на какой‑то свой стратегический интерес. Раньше там главным Линев был, знаешь такого?

Фамилия знакомая… ага, знаю.

– Зам воеводы?

– Он самый. Он и сейчас над ними главный, просто все на ступеньку поднялись. О нем тоже слышал разное. Очень разное. Но опять же никаких доказательств не имею, может, и болтают.

Если это местная «спецслужба», то, скорее всего, не болтают.

– Понятно, – кивнул я, обдумав то, что услышал. – По‑любому встречи избежать не удастся, так что послушаю.

– Если с вопросами закончил, то давай теперь дело. – Хмель с явным удовольствием пригубил темного.

– Новости про организацию резерва до тебя еще не дошли?

– Нет, – покачал он головой. – Это что еще?

Я вытащил из ворота майки цепочку с болтающейся на ней карточкой удостоверения.

– Смотри сюда, – я показал ему сторону с фото, – это я.

– Старший инструктор У‑Цэ‑Пэ, – прочитал Хмель. – И что такое У‑Цэ‑Пэ?

– Учебный центр Патруля. Почти рядом с нами будет, от их нового здания и до Стены, учебка, считай.

– Базу новую знаю, – кивнул Хмель, – про резерв первый раз слышу.

– Важно не у кого, важно – для чего, – я перевернул карточку. – Видишь? Это за мной автомат в Арсенале закрепили. А вот эти строчки, – я сдвинул палец, – для того, что я куплю, например. И могу носить. Понял?

Хмель удивленно поднял брови и даже в затылке почесал, что у него обычно выражало крайнюю степень удивления.

– Я так понимаю, что просто так ты не стал бы этим хвастаться, верно? – спросил он.