Хмель и Клондайк

– Какие‑то еще идеи есть? Другие этажи?

– На верхний они просто откровенно не лезли, – усомнился я. – Может, не работает амулет?

– Работает. Наш тайник обнаружил без проблем, так что любой должен, – все же с оттенком сомнения сказал Саня. – И даже в том, что тайник в магазине, – сомневаюсь сильно. Очень трудно замаскировать полость в перекрытии от заклятий поиска. Надежней всего, когда земля под тайником, она хороший изолятор.

Я с сомнением посмотрел на глухую стену слева от меня. Ну да, и в пределах дома, и земля имеется…

– Гараж, – показал я пальцем.

– Попробуем. – Саня аж подскочил. – А почему бы и нет?

– Сперва надо машины выгнать.

Одевшись и выскочив во двор, я задом выгнал «сабербен» во двор, а пикап на улицу, припарковав у тротуара. Затем закрыл ворота, что ведут на улицу, дабы лишнего внимания не привлекать, а после позвал Саню.

На этот раз он провозился не больше десяти минут.

– Коль? – позвал он меня, топтавшегося во дворе. – Заходи, нашел что‑то.

Никакого тайника я не увидел, но Саня уверенно показал место прямо под стеной, где у меня поленница. И бусинки на его амулете светились красным. Это, наверное, и означает, что он сработал.

– Здесь.

– Защита и все такое?

– Пока не скажу. Не чувствую ничего. Уберем плитку?

За «плитку» у нас был старый кирпич, так что большого труда убрать его не составило, больше с дровами возились. Потом пришлось копать, но неглубоко, на штык лопаты всего. А затем этот самый штык стукнулся во что‑то деревянное, после чего Саня меня отодвинул:

– Подожди, проверю, – и достал из кармана какую‑то деревянную палочку с медным кольцом, оплетенным проволокой.

Магии на тайнике никакой не оказалось, а экран стоял простейший – железный лист на досках из северной лиственницы. Саня только хмыкнул, покачал головой, сказал:

– Просто и со вкусом, не ищи специально – ни за что не отыщешь, – после чего добавил: – Нет там никаких ловушек, как мне кажется, так что вынимаем понемногу.

Сам тайник оказался герметично закрывающимся пластиковым ящиком, по стыку с крышкой заодно пролитым герметиком, то есть ни влаге туда попасть, ни открыть его нормально.

– Можно открывать, – сказал он.

– Дома откроем, – сказал я. – Холодно здесь, блин.