В поисках призрачного района

Еще в студенческие годы он хорошо меня выручал, а теперь его не стало. Потерять еще что-то из своих любимых вещей я просто не могла!

И тут я задумалась на тем, что будет, если я просто не приеду к Вере на встречу. А вдруг наша странная знакомая вспылит и явится ради того, чтобы разнести весь номер в щепки? К тому же ей не составило бы труда это сделать, так как она как никак является регистраторшей этой гостиницы и, наверняка, имеет доступ во все номера постояльцев...

– Я поеду! – все же решилась я. – Я могу вас оставить одних?

– Да ноль проблем! Мы посидим и подождем тебя тут!.

– Я ведь не могу к ней не поехать! – как-то растеряно произнесла я, видимо ожидая, что дети продолжат меня отговаривать и, в конечном счете, придется остаться. – Она же может обидеться, а нам это ни к чему!

– Вот именно! – Таша принялась расчехлять ноутбук. – За нас не беспокойся, мы отсюда ни ногой.

– Я вернусь очень быстро! Никуда не уходите! – сказала я скрепя сердце.

Поспешно написав записку Павлу и Дмитрию, в которой я просила зайти их в наш номер в восемь вечера, я вышла за дверь.

Сначала я повернула ключ на один оборот, но дойдя до лестницы, решила, что этого мало и, вернувшись, закрыла дверь и на второй. Не хватало, чтобы дети удрали к еще какому-нибудь «журналисту»! Подергав дверь и окончательно убедившись, что замок надежен, я со всех ног понеслась в кафе.

– Вы помните вчерашних парней, которые помогли мне унести отсюда девушку... У нее случился, хм, припадок или истерика, называйте как хотите? – обратилась я к одной из официанток. Вчера я видела ее лавирующую между столиков, а значит, являющуюся очевидицей всего случившегося.

– Мм... Павел и Дмитрий?! – откликнулась она нехотя, явно дав понять тем самым, что, хотя и занята, парней запомнила.

– Не могли бы вы передать им это? – я протянула ей свернутую записку, искренне надеясь, что девушка ее передаст.

Официантка на меня даже не посмотрела, продолжая натирать столик. Записка, ясное дело, тоже осталась незамеченной. Девушке кажется не очень нравилось, что ее решили использовать в качестве посыльной. Поэтому-то я мягче произнесла: «Я была бы весьма признательная!» и положила поверх записки свернутую купюру.

– Разумеется, – улыбнулась она, сразу же заметив, и меня, и записку. – Обязательно передам.

8.