Два в одном

Похоже, их всех объединяло дальнее родство или дружеские, а, может быть, и деловые связи родителей. Вот только Сэм был реальным племянником мэра, а остальные – седьмой водой на жидком киселе из более или менее бедных родственников.

Когда они вышли из дома, было два часа дня. Солнце светило ярко и ощутимо пригревало. Лёгкий ветерок пригоршнями срывал с деревьев жёлтые листья и швырял их под ноги прохожим.

– С понедельника пойдут дожди, – пообещал Дайм.

Сегодня он повёл их в другую сторону. За студенческим городком шли жилые районы, которые от квартала к кварталу становились все более густо застроенными и грязными.

Улицы сужались, фасады зданий нависали над разбитой мостовой, закрывая солнце и оставляя лишь узкую полоску неба над головой прохожих. Горожане также изменились, и сейчас на встречу попадались все больше не мамаши с детишками, а подозрительные, неряшливо одетые типы, которые бросали на их троицу настороженные, а порой и враждебные взгляды. Впрочем, изредка здесь встречались и полицейские, скучающие на перекрёстках.

Дайм нырнул в подворотню, провел их через заваленный строительным хламом двор, куда выходили задние фасады четырёх или пяти домов. Потом они поднялись по шаткой деревянной лестнице на второй этаж, и оказались на открытой площадке, куда выходили двери нескольких кантор и цирюльни с пугающим названием “Молниеносный брадобрей”.

Дайм постучал в дверь с пафосной табличкой "Д.И. Живес. Любые юридические услуги самого высокого качества. Дёшево, надёжно и быстро!".

Им открыл невысокий мужчина средних лет румяный и почти полностью лысый.

– А господин Даймон и друзья! – обрадовался он. – Добрый день! Проходите!

Они вошли и оказались в удивительно уютном помещении больше походившем на жилую комнату, чем на контору жуликоватого стряпчего. Здесь были чистые занавески на окнах, горшки с бегониями на подоконниках и даже почти новый ковёр на полу. Ника больше всего потрясли бегонии, не тем, что они здесь вообще были, а тем что он внезапно смог вспомнить название этих цветов с пышными жёлто-розовыми и красными соцветиями.

– Присаживайтесь! – Живес кивнул на двухместный диван и пару кресел. – Как успехи?

– Ну, все прошло нормально, – осторожно ответил Дайм.

Ханс передал ему папку, из которой Дайм неторопливо достал раздобытые накануне документы.

– Я и не сомневался в вашем мастерстве! – восхитился Живес и выхватил из рук Дайма бумаги.

Он суетливо пробежался глазами по строчкам, бормоча что-то себе под нос.