Два в одном

– Ну, считай, что этот случай уже наступил, – философски заметил Дайм.

– Смотрите! Даже Сэмовы зверюшки нализались! – Ханс указал на пару хомяков, спящих в тарелке на прикроватной тумбочке.

– Ну, я им завтра устрою! – бушевал Сэм. – Они у меня на всю оставшуюся жизнь трезвенниками станут!

– Да, ладно тебе, – попытался его успокоить Дайм. – Они же просто перенервничали.

– Просто?! Да, у принцесс истерики наверняка дешевле! Тут каждая бутылка стоит как ваш залог!

Сэм попытался разбудить мальчишек, но смог растолкать лишь Чакки, который с трудом принял сидячее положение, заплетающимся языком попросил его больше не беспокоить, рухнул на спину и тут же снова уснул.

В конце концов, Дайм и Сэм разнесли мелких алкашей по их спальням. Потом Сэм переложил хомяков из тарелки в корзинку с бумажными салфетками на дне. Ханс убрал бутылки и прочий мусор, а Нику досталась посуда.

Когда они, сменив пропахшую полицейским фургоном одежду и приняв душ, собрались на кухне для позднего ужина, было около трех часов ночи.

За бутербродами с ветчиной и сыром обсудили события дня. Между прочим, выяснилось, что Сэм не уголовник, а всего лишь племянник местного мэра. Или аж целый племянник мэра! Ник ещё не решил, как относится к этой информации. Во всяком случае, теперь было ясно, почему он так драпанул от полиции. Попадись им племянник мэра, вышел бы грандиозный скандал. История могла бы попасть на первые полосы газет. Впрочем, с задержанным Сэмом их из полиции отпустили бы, наверное, ещё быстрее, чем без него, но вся его семья, вероятно, понесла бы значительные репутационные потери со сложно предсказуемыми последствиями.

– Не надо было тебе связываться с этим Таффом, – сказал Дайм. – Скользкий тип. И откуда ты его вообще знаешь?

– У брата были с ним кое-какие дела, – поморщился Сэм. – Он мерзкий и слизкий как гнилая картошка. Но родителям на меня не настучит.

– Вот только какую услугу он потребует в обмен на это молчание? – спросил Дайм.

– Страшно даже подумать об этом, – Сэм поежился. – Но что мне оставалось делать? Если бы в деканате узнали, что вы снова попали в полицию, вас бы опять внесли в список на отчисление.

– Почему-то каждое дело, которое мы проворачиваем, чтобы закрыть долги от предыдущего, загоняет нас в новый угол, – вставил Ханс. – Очередная глобальная задница не за горами!

С ним все согласились. Ник тоже вставил свое "ага". Он вообще за весь ужин ничего кроме этого словечка не произнёс, к счастью, его молчаливость никого не удивляла.