Два в одном

Когда их, предварительно обыскав, заперли в маленькой обшарпанной камере, Дайм сказал:

– Никогда бы не подумал, что будут так рад оказаться в полицейском участке! Бывают, конечно, неудачные дни и всякие нелепые происшествия, но то, что сейчас случилось, просто за гранью добра и зла.

– Ага, – кивнул Ханс. – Удивительно, что я не обосрался от страха!

– Молодец!

– Мы гордимся тобой! – добавил Ник почти на полном серьёзе.

– Спасибо!

– Хорошо хоть Сэм успел свалить, – сказал Дайм.

Ник так не считал, наоборот, он был почти уверен в том, что Сэм своим внезапный бегством спровоцировал полицию их задержать.

– Ага, – снова кивнул Ханс. – Ему-то никак нельзя попадаться.

Этот факт изрядно озадачил Ника. У Сэма проблемы с законом? В их компании условно приличных мальчиков красавчик Сэм казался самым благонадёжным.

Его размышления прервал усатый полицейский с парой сопровождающих.

– Молодёжь! – рявкнул он. – На допрос!

Их привели в унылый казенный кабинет, где за столом с кучей неряшливых папок сидел ещё один толстый полицейский. Этот тип был настроен более или менее дружелюбно. Во всяком случае, он без крика велел им сесть и вести себя тихо. Сам он все это время заполнял какие-то документы.

– Приступим! Имя, фамилия и род занятий! – он указал ручкой на Ника.

Ник промолчал, мучительно соображая, как выкрутиться из ситуации, когда из всего вышеперечисленного знаешь только имя.

– Кайл Нопс, Хансон Соктон и Даймон Тристон! – выпалил он скороговоркой. - Студенты Кистиварского университета и школы при нем! Я учусь на втором курсе, а они – в школе.

Толстяк записал сведения, несколько раз заставляя Дайма повторить имена и фамилии.

– С какой целью сегодня в десятом часу вечера вы находились на Старой рыночной площади?

– Мы не были на площади, – просто сказал Дайм.

– Врешь! Вас задержали на площади!

– Нет, нас задержали в переулке, – мягко возразил Дайм. – До площади мы даже не дошли.

– А что вы там вообще делали?

– Гуляли.

– Гуляли! – передразнил его полицейский. – Знаю я вас! По кабакам, небось, шлялись! И прочим срамным заведениям.

Дайм оставил это замечание без комментариев.

– Отто Лонтерсон утверждает, что видел, как Хансон Соктон бросил в трибуну шумовую бомбу, когда на ней выступал представитель мэрии.