Два в одном

– Это что за дела? Какая такая машина? И к какой родне мы едем?

– К Статсонам, – спокойно ответил Кайл. – На день рождения Олли.

– Какая ещё Олли? И зачем нам всем переться на её день рожденья?

– Олли – это он. Ему исполняется десять лет, – терпеливо объяснял Кайл. – Пригласили только Сэма, меня и Чакки, потому что Сэм приходится виновнику торжества троюродным братом, я – двоюродным, а с Чакки они уже лет пять дружат. У их семей загородные дома граничат садами.

– А кто там ещё будет?

– Да все такая же публика: друзья и родня.

Ник действительно нервничал перед встречей с родственниками. Больше всего он боялся родителей Кайла. Ему, казалось, что мать с одного взгляда сумеет разглядеть в теле сына самозванца.

– И чем мы там будем заниматься?

– Чем обычно занимаются на днях рождения? Вручим подарки, которые Сэм заказал ещё вчера и сегодня утром их должны были доставить. Потом угощение с закусками, тортом и фруктами и напоследок какие-нибудь дурацкие игры вроде шарад или жмурок. Домой вернёмся ещё засветло, если повезёт.

– А родители твои там будут?

– Нет. С чего вдруг? Они вообще–то в столице живут, если тебе вдруг интересно.

Эта новость немного успокоила Ника. Он распахнул дверцы шкафа и уставился на немногочисленные плечики с одеждой.

– И что мне следует надеть?

– Темно-синий костюм-тройка должен быть крайним справа. Белая нарядная рубашка висит под серым сюртуком через две вешалки от костюма. Чёрные лакированные туфли найдёшь в коробке под кроватью и, чтобы их надеть тебе придётся попросить у Сэма обувную ложку.

Через четверть часа Ник был готов к выходу. Тесные туфли уже натирали пятки, а странный галстук из черных бархатных лент никак не желал завязываться аккуратным бантом. В конце концов, Ник на него плюнул и оставил концы лент свободно свисающими.

– Этот бант невозможно завязать, – сообщил он Кайлу.

– Его скрепляют булавкой. В футляре на дне есть две булавки. Возьми серебряную с бирюзой.

Ник действительно нашёл две булавки: серебряную с ярко–голубым камнем и золотую с темно–фиолетовым. Кое–как сцепив бант, он вышел в гостиную, где его уже ждали Сэм и Ханс.

– Это даже нельзя критиковать! – воскликнул Сэм, когда увидел, как Ник закрепил бант. – Ленты нанизаны на булавку, как два дохлых червяка на рыбацкий крючок. Когда ж ты, наконец, научишься?!

Он подскочил к Нику и в два движения закрепил галстук как следует.

– Спасибо!

– Не за что.