"Чёрная "Волга"

– Валим!!!

Напуганные, они бежали не хуже, чем Рик и Дэрил от толпы живых мертвецов[3]. Парни миновали пару улиц и, почти выдохшись, вбежали в проулок, слишком узкий для «Волги». Ребята остановились у поворота на соседнюю улочку, чтобы перевести дух, а преследовавшая их машина, скрипнув тормозами, – прямо перед въездом.

Они оба ждали, что будет дальше. Адреналин бурлил в крови, сердца рвались из груди. Дверь машины со скрипом открылась, и из неё, как чёрт из табакерки, выскочил тёмный высокий силуэт.

Длинный плащ, широкополая шляпа, лица не видно. Он стоял метрах в десяти.

– Так, чувак, – не слишком громко сказал Димон, принимая бойцовскую стойку и разминая шею, – мы готовились к этому всю жизнь. Сама судьба вела нас к этому моменту. Сейчас мы дадим бой силам тьмы. Это апофигей пути, что мы избрали!

Человек в чёрном уверенными шагами стал приближаться к парочке.

– Совсем сбрендил?! – одёрнул его Серго. – Это тебе не сериал, чтоб со злодеями в рукопашной сходиться! Ноги в руки и уматываем!

Архипов подобрал с земли то ли камень, то ли жестяную банку и с силой швырнул в водителя, а сам бросился наутёк, чуть ли не силком таща за собой друга.

Они, не глядя по сторонам, пересекли проезжую часть и шмыгнули во двор хрущёвки и только там перешли на шаг.

– М-да уж, – выдохнул Филатов, когда они выбрались на хорошо освещённую улицу, – бодрый вечерок выдался. 

– И не говори, – устало протянул Серго.

Ноги гудели, одежда липла к телу из-за обильного пота, в правом боку покалывало, а носоглотку жгло прохладой.

Еле передвигаясь, они дошли до автобусной остановки и развалились на лавочке.

Оба молчали, на разговоры не было ни сил, ни желания. Дима откинул голову назад и глубоко и медленно дышал, успокаиваясь. Архипов же протирал окуляры платком и близоруким взглядом смотрел на уходящую вперёд улицу.

Картинка была расплывчатой. Огни фонарей представали его глазам большими светящимися кругами, а всё остальное – пятнами без чётких очертаний, перетекающими друг в друга.

Контуры фонарных столбов, особенно дальних, терялись вовсе. Создавалось впечатление, будто круги света висели в воздухе сами по себе.

Протерев очки, он не стал их надевать. Ему нравилось иногда смотреть своими глазами, а не через диоптрии линз, и ощущать, что никто больше не видит мир, как видит он. Вот и сейчас Сергей просто сидел и наслаждался окружающей его абстракцией.