Колдун поневоле. Ответный удар

— Клиент готов, — хохотнул цербер, — Сейчас приведу в чувство и будет чирикать как птичка, а если нет, то я найду способ ее разговорить.

Я поморщился. Методы допроса у ДМБ были довольно специфические. Пытками сотрудники департамента не брезговали. Если кто отказывался говорить, сразу попадал в загребущие руки Ника, а там уж как получалось: либо сдавал всех с потрохами и признавался в содеянном, либо отправлялся кормить червей.

В этот раз девушка отказалась сообщать хоть какие-то сведения.

— Порадовала она меня, — хмыкнул дознаватель, — давно таких крепких не встречал.

Как бы я не относился к ведьме, чаяниями которой погибла семья Бориса и много других безвинных нелюдей, все же не мог понять настолько жестокого отношения. Уж лучше бы просто удушил девку.

Да, она заслуживала наказания, но я не привык к таким зрелищам и не хотел привыкать, а тем более становиться участником подобных действий.

Почувствовал, как по телу прошла дрожь, сжал кулаки и глубоко вздохнул, пытаясь унять сердцебиение.

Я остался обязан Борису своей жизнью и взял его месть на себя, поэтому отступать не имело смысла.

Сделал пару шагов по направлению к арестованной.

— Эй, — приподнял голову женщины и похлопал по залитой кровью щеке, — очнись.

Ведьма так и не вышла из своего полуобморочного состояния.

— Ник, ты не переборщил? — поинтересовался Антипов, глядя на цербера, — Как мы с ней разговаривать будем? Она же теперь и двух слов связать не сможет.

— Дайте пять минут. Сейчас сыворотку вколю, аконит из организма выведу.

Я только вздохнул, а затем посмотрел на полуоткрытый рот женщины, из которого вытекла тонкая струйка слюны и показалось нечто зеленое.

— Так тут не только аконит, — буркнул я, запрокидывая голову ведьмы и разжав ее челюсть, начал вытаскивать набитые в полость рта листья полыни.

Вот ведь, действительно садюга.

Денис Андреевич выругался и гневно посмотрел на дознавателя.

— Ты что, решил угробить ценного свидетеля? Она, хоть та еще дрянь, но нужна нам живая, да и убирать за тобой концы надоело.

Цербер немного взбледнул, а я хмыкнул.

Естественно, как пытать, так это мы за милую душу, а представить себя на месте жертвы, кишка тонка.

Я смерил неприязненным взглядом дознавателя и сразу заметил, как у того затряслись коленки.

Ну да, я бы тоже струхнул. Антипов шутить не любил и просто так словами не разбрасывался.