РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Сама она приехать сюда не могла, потому что в Отрадном у нее были еще какие‑то дела со своей родней. Известно, какие дела могут быть у нашей родни с богатенькой канадской родственницей, ехидно заметила при этом Любовь Николаевна, собирая Денису обедать. Небось, деньги из нее тянуть хотят, вот что! А у нашей Надежды муж‑то и вовсе никакой не бизнесмен, а отставной дипломат. А на старости лет пописывает экономические статейки в местной городской газете.

— Ну, по нашим меркам в Америке и уборщик — миллионер, — убежденно заявил Денис, яростно дуя на горячий борщ.

— Это почему ж? — поджала губы бабушка.

— Да они же там все зарплату в долларах получают, — проявил свою недюжинную осведомленность внук. — Причем — каждую неделю, в специальных конвертах. Я бы, между прочим, тоже хотел зарплату в долларах получать. И каждый день.

— Вырастешь — получишь, — неуверенно пробормотала Любовь Николаевна, не очень‑то сведущая в биржевых делах и нынешних котировках валют. — А теперь давай думать, что с тобой будем делать.

Горячее желание обрадованного Дениса пожить одному — все же давно приготовлено в холодильнике, а разогреть я уж как‑нибудь сумею! — Любовь Николаевна отмела сразу как поспешное и политически незрелое.

— Спалишь еще мне всю квартиру, — строго сказал она. — А другой у меня нет.

Ее собственное предложение поручить Дениса заботам соседки, сердобольной и дотошной до въедливости старушки Клавы‑Яги, отверг в свою очередь уже сам внук.

— Вот еще, что я — маленький, что ли? Да она мне шагу ступить не даст, твоя Клава‑Яга! Замучит своими бесконечными заботами до смерти!

Любовь Николаевна, которой и самой отчасти докучал беспокойный нрав гипертрофированно‑заботливой соседки, немного поразмыслив, с Денисом согласилась.

— Ну, что ж, — вздохнула она. — Видать, делать нечего. Остается последний вариант.

— Сдать меня в зоопарк? — с любопытством промолвил Денис и расплылся в мечтательной улыбке. — К диким аби‑ззя‑нам?

— Бери выше! — пообещала Любовь Николаевна. — К тебе приедет баба‑Вера.

— Ух ты! — воскликнул Денис, весьма неумело имитируя радость и энтузиазм.

— Обыкновенно, — Любовь Николаевна вновь поджала губы в иронической улыбке. — Поездом!

— Так у вас же там тусовка? На троих?!

Денис разом побледнел, чувствуя, что его безоблачные перспективы остаться в доме одному на четыре‑пять дней стремительно тают. А, значит, и возрастают сложности с его ночными путешествиями.

— Они за три дня уже наобщались досыта, — сообщила бабушка.