РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

А это, случаем, не та девочка, что тебе названивает по телефону? Ты, часом, от меня ничего не скрываешь?

— Разве от тебя что‑то может укрыться? — улыбнулся Денис и похлопал друга по плечу. — Я ж тебе говорю: сам пока не знаю. Узнаю — скажу.

Тигра хотел ответить, но торжествующий звонок на географию прервал его дружеский допрос. А после географии Денис почувствовал, что у него буквально раскалывается голова.

Весь третий урок он крепился, но потом не выдержал — глаза слипались, несмотря ни на какие ухищрения.

В висках упорно стучало, в животе беспокойно бурчало, а во рту появился противный привкус кислого железа. Денис предупредил Тигру, что его версия номер два, видимо, подтвердилась, и он точно заболел. После чего наш герой поскорее отправился в школьный медпункт и в учительскую, разыскивать свою классную руководительницу.

Видимо, вид у Дениса действительно был неважнецкий. Медсестра дала ему таблеток от головной боли — а что еще может дать врач больному, у которого нет температуры? — и пообещала сама предупредить их «классную».

Денис проглотил таблетки, вышел из школьного двора и осмотрелся.

Светило теплое солнце, но домой идти почему‑то не хотелось. Он сразу представил расспросы обеспокоенной бабушки, которые непременно выльются в поглощение гигантских доз горячего молока с медом и малиной. А это значило лишь одно: выскользнуть вечером из дома становилось задачей практически нереальной!

Поразмыслив, Денис решил просто побродить немного по городу. А к обеду он заявится домой, как ни в чем не бывало.

В конце концов, он ведь никакой не прогульщик — медсестра выписала ему «железное» освобождение до завтра. А на свежем воздухе, глядишь, и голова пройдет.

Ноги, однако, сами привели его в знакомый двор, куда он приходил уже две ночи подряд. Денис еще издали заприметил знакомую лавочку. На ней он теперь всегда сидел на рассвете, приходя в себя после возвращения из Архипелага. Лавочка была сухой и теплой от солнца, набиравшего силу с каждым днем. Денис уселся, с удовольствием вытянул усталые ноги и успел подумать только о том, как здесь все, оказывается, по‑другому, если смотреть при дневном свете.

И тут же задремал.

Когда Денис открыл глаза, во двор въезжал большущий грузовик с мебелью. Его грохот и лязг и разбудил мальчика. Денис поскорее глянул на часы и присвистнул — прошло, оказывается, два с половиной часа.

Ему прежде никогда не приходилось так крепко дремать на улице, просто так, сидя на лавке. И вообще.