РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Она тоже была основательно потертая, но не побежденная ни временем, ни молью, которая, наверное, одна в целом свете вовсе не боится губительного времени. Вокруг шеи странный человек окрутил рыжий шарф, а из пуговичной петельки возле воротника торчал какой‑то засохший несуразный цветок.

Сунув руки в карманы необъятного пальто, более напоминавшего старую шинель времен, наверное, еще красной кавалерии Буденного из гражданской войны, незнакомец вразвалочку шагал по обочине дороги прямо по лужам. При этом он изредка морщился и что‑то глухо бормотал себе под нос.

И странное дело: все машины почему‑то объезжали его стороной. Причем даже самые бандитские с виду, из которых постоянно и глухо колотила ватная бочка барабана и гудели одинаково‑монотонные басы, как на дискотеке. Все такие машины были, как правило, с тонированными темными стеклами. И все водители бандитских машин, словно сговорившись, больше всего на свете обожали окатывать пешеходов потоками грязной воды из‑под колес.

Только троллейбус не стал объезжать странного человека.

После второй остановки к незнакомцу подошел контролер – высокий и костлявый с виду мужчина. На контролере одинаково болтались и шапка, и куртка, и даже красная замызганная повязка на рукаве. Он требовательно заглянул в глаза незнакомцу.

Тот в свою очередь ответил ему кривой усмешкой, запахнул потуже шарф и бесцеремонно повернулся спиной.

Контролер возмущенно поднял брови, засопел и попытался обойти безбилетника справа или слева. Но при этом он всякий раз снова натыкался на спину ловкого незнакомца. Тогда контролер разозлился и громко потребовал срывающимся от нервной работы голосом:

– Оплатите проезд, гражданин! Нужно обилечиваться в течение одной остановки.

Строптивый незнакомец тут же обернулся к нему и нахально подмигнул.

– Ты чего, дорогуша, слепой? Не видишь разве, что у меня бесплатный проезд? – нагло заявил он на удивление высоким голосом.

После чего ослепительно улыбнулся, обнаружив при этом печальное отсутствие одного переднего зуба.

С минуту контролер смотрел на безбилетника бессмысленными, рыбьими глазами. Затем повел головой, совсем по‑лошадиному, точно во сне, и назидательно процедил:

– Пешком тогда надо ходить, пацанва...