РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Тоненькая деталька, которую Максим в свое время просто прикарманил, на память. У запасливых изобретателей иногда такое случается, и, к сожалению, не только по рассеянности.

Но теперь это был самый подходящий предмет, который можно применить в качестве булавки.

Максим поднял записку на уровень собственной груди. Приложил ее к корявому, шероховатому стволу. И пришпилил к вязкой, податливой коре.

Теперь белеющий в полутьме листок был виден издалека.

Максим даже и не подозревал, насколько оказалась верна и в этот раз его интуиция.

Но металл этот был не простой, а из рудоведной трубы. В свое время ту трубу, чтобы дождями ее не мочило и влага не портила, мастера сработали из бронзы. А бронза‑то как раз не ржавеет, о чем и сам Максим преотлично знал. Хотя в эти минуты он думал совсем о другом!

Между тем в лесу уже мало‑помалу начинало светать. Над кустами густо и дымно струился первый предутренний туман.

Поплевав на руки больше для самоуспокоения, Макс склонился над Лесей. Затем решительно подхватил ее подмышки и с усилием приподнял.

Далее ему предстояло самое трудное — взвалить ее на спину. Максим, как мы уже знаем, хорошо представлял свои возможности. Несмотря на постоянные очки и обеспеченного папу — владельца офтальмологической клиники, он считал себя достаточно крепким физически. Или уж, во всяком случае, выносливым.

В крайнем случае, он сломит какое‑нибудь тонкое деревце, чтобы превратить его в подобие саней‑салазок.

Кряхтя от натуги, Максим взвалил обмякшее тело девочки на одно плечо и, шатаясь, попробовал сделать первый шаг в направлении спасительных кустов. Эта поляна казалась ему теперь слишком опасной; тем более что птиц такой породы он прежде никогда не видывал даже в Архипелаге.

Первый шаг ему удалось сделать лишь после третьей попытки. Но Макс знал: дальше будет легче, главное только начать.

Но с этим Макс уже ничего не мог поделать, ростом он был далеко не Шварценеггер. Кусты же на краю поляны, такие близкие еще совсем недавно, вдруг, как сговорившись, стали отдаляться.

Все равно я вас догоню, проклятущие, подумал Макс и, выпростав свободную руку, строго погрозил им исцарапанным кулаком.

Затем он поудобней перехватил Лесю и побрел дальше.