РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Повинуясь крепкому заклятию, земля под ногами Максима и Леси зашевелилась, вспучилась. Ребята не успели даже вскрикнуть, как земляной круг поднял их, будто на лифте, и плавно вытолкнул на поверхность. А Марвин, донельзя довольный собой, к тому времени уже успел, как заяц, юркнуть в боковой ход.

В скором времени он уже весело бежал вперед. Туда, где его поджидало очередное окно, уже под самим Черным Городом.

Увы, оно было подходящим лишь для тонкого и гибкого тела аштера, но слишком узким для ребят. И теперь Лесе и Максу предстояло путешествие по темному ночному лесу.

Марвин давненько не бывал в этих подземных краях. Однако план здешних ходов и галерей он мог всегда вызвать в памяти, даже не прибегая к помощи своей магии. Такая уж память у пресмыкающихся: подобно опытным городским таксистам они всегда помнят любое место, где им довелось побывать хотя бы единожды.

Спустя всего лишь час с небольшим по человеческим понятиям, утомленный, но по‑прежнему хладнокровный аштер добежал до конца галереи, проходящей под Черным Городом. Пора было искать выход наружу.

Марвин от души надеялся, что двое ребят уже вышли из леса и встретились с необычным посланцем Берендея. Как понял Марвин, это был совсем не человек, хотя и чем‑то близкое людям существо.

Лунный свет рванулся навстречу ребятам, словно из засады. И Леся, и Максим вынуждены были прикрыть глаза руками. Как будто яркий солнечный день стоял на лесной поляне, со всех сторон окруженной ночью и темными пятнами деревьев.

Но луна действительно светила так ярко, как Максим в жизни не видел. И цвет у нее был угрожающе‑красный, даже багровый по краям. Так что ночное светило живо напомнило нашему поклоннику технических изобретений рекламу какой‑то именитой заграничной автофирмы.

Ребята стояли на мягкой подстилке из мхов и спящих лесных трав. И Максим, и Леся растерянно озирались по сторонам. Ослепление после дороги под землей мало‑помалу миновало, глаза понемногу привыкли и к ночной теми. Над головой поблескивали соляные кристаллики звезд. Кроны деревьев шевелил ветер, и ветви перешептывались на своем древесном, ночном языке.

— Ну, что будем делать? — шепнул Максим. — Похоже, нас опять забыли встретить.