Черное с белым не берите

Я имею в виду вот эту панель, клади туда CD… да аккуратнее вкладывай, чтобы не поцарапать… закрываем… Теперь открываем программу… Садись, и сам открывай, чтобы запомнить порядок действий… Жми сначала на эту кнопку, затем на эту… Мышкой жми, чудак! Курсор подводи и нажимай на клавишу… Все, поехало… Готово! – видишь, табличка вывесилась… Подводи курсор, нажимай на клавишу…

Панель DVD привода с вложенным туда диском отъехала, и, достав оттуда все тот же диск, Марина передала его Семену.

– И он… сейчас будет играть? Так просто? – недоверчиво спросил Семен, принимая теплый тонкий кругляш, ничем не отличавшийся от тех, которые лежали в коробке и считались чистыми.

– Теоретически должен, – пожала плечами Марина. – Попробуй – и узнаем.

Руки у Семена предательски дрожали, когда он включал CD плеер и вставлял туда диск. То, что диск действительно заиграл, он воспринял почти как чудо.

– Действительно просто! – воскликнул он взволнованно, когда трек дошел до конца.

– Чудак! – засмеялась Марина, довольная произведенным эффектом. – Многие люди любят не только слушать музыку ушами, но и чтобы при этом на экране компьютера что-нибудь мелькало. Для них надо сделать видео. Но этим мы займемся в другой раз. А сегодня уже поздно, мне пора домой.

– Конечно, – торопливо сказал Семен. – Я вызову тебе такси. А может, поужинаешь со мной?

– Не сегодня. Ты на часы смотрел?

– Нет, – честно признался Семен.

– Представления не имею, – пожала плечами Марина. – Я это делала впервые в жизни – ну, для других. Я вообще-то компьютерами не занимаюсь. Кроме того, мне самой было интересно. Ну и мы установили далеко не все программы, которые тебе могут понадобиться, так что работа еще не закончена.

– А-а-а, – сказал Семен, изобразив понимание, хотя по его мнению о чем-то большем, чем то, что он сегодня заполучил, мечтать просто невозможно. – Значит, мы увидимся завтра?

– Послезавтра, – строго сказала Марина.

– А зачем?

– Подписывать диски, конечно. Иначе как люди догадаются, что там внутри?

Семен весь вечер после ухода Марины пребывал в эйфории от открывшихся перед ним перспектив.