Черное с белым не берите

– Мы дарим им на память о нашей встрече небольшой сувенир – диск с нашими записями … – говорил между тем этот самый гитарист Янек.

И снова зазвучали аплодисменты, и снова у Марины все внутри замерло на пару мгновений.

Дальнейшее окончание вечера прошло для нее как в тумане. Хотя произошло там еще много всего значительного.

Во-первых, их с пареньком Кириллом назвали лучшей парой новогоднего бала,

Во-вторых, королевой ожидаемо выбрали не ее, а одно из кримпленовых платьев, точнее племянницу ректора, которая была в такое платье упакована.

Ну и в третьих, третье место, то есть место второй вице-мисс, досталось Нельке. Голосование было тайным, так что все было по-честному.

И еще: их с Нелькой провожали пешком до общежития сразу три кавалера: один – ее, Марину, и целых два – Нельку.

На прощание Кирилл даже предложил ей обменяться с ним телефонами – точнее, телефонными номерами, конечно. В общем, все было почти как в сказке.

«Какая я дура, – подумала Марина, засыпая.

– Как я могла лишать себя всего этого столько лет? Не аплодисментов, не сцены – а доброжелательных улыбок, приятных слов, маленьких побед? Чего я так боялась?»

8.

Призрак Ласточки

Из всей старой четверки Янек, наверное, был больше остальных рад неожиданно открывшейся возможности вновь взяться за гитару. После того, как их группа распалась, он не проводил по струнам рукой уже никогда. То, что Ласточка сдалась на уговоры «предков» и одним махом разорвала с ним всякие отношения, его подкосило настолько, что он даже стихи долго не мог сочинять – в нем словно угас тот нерв, который придавал смысл всему его творчеству.

Да что там творчеству – Янек потерял тогда самый смысл жизни.

Первое время он рвался ей дозвониться, даже подкарауливал возле Медина, ожидая, что она выйдет и пройдет, а он с ней столкнется как бы нечаянно, и у них снова все закрутится, пусть даже она и не будет петь в их группе.

И для него было совершенно неважно, что собственные занятия в своем институте на своем факультете он пропускает – помириться с любимой казалось ему тогда важнее всего.

Сказали бы ему, что ради этого он должен поплавать наперегонки с акулами или залезть в клетку ко льву – он бы полез, не особенно раздумывая.

Но в клетку со львами его не приглашали, а акулы в наших водоемах не водились, так что обошлось без этого.