Черное с белым не берите

Если честно, то ром Янек никогда не любил, но, глянув на бутылку, вспомнил, что когда-то мечтал его попробовать. И от того, что его бывшие друзья о том не забыли, у него потеплело на душе.

Так что Крокодил оказался прав – ушло все, и даже не хватило, так как все остались у него ночевать.

– А ты помнишь?

– Нет, ты помнишь? – раздавалось то и дело.

Они поставили единственную видеозапись, которая у Крокодила была – их запасливый бас-гитарист, как оказалось, поддерживал имеющийся у него видеопроигрыватель во вполне работоспособном состоянии.

– Ласточка… – проговорил Михайло, с нежностью глядя на экран. И у Янека защемило в груди – оказывается, в талантливую девочку был влюблен не он один.

– Как бы я хотел вернуть все заново! – сказал Стас, соглашаясь. – Я никогда не верил раньше в тоску по березкам, и про «воздух родины». А сейчас… Поверишь ли, Янек, встал на трап самолета при выходе – и почувствовал, что не надышусь.

– Бензином, – засмеялся Крокодил.

– Тогда уже, скорее, авиационным керосином, – не мог не усмехнуться и Янек.

– Ничего вы не понимаете! – пылко возразил им Стас, сжимая кисти рук. – Я мечтал о таком моменте, и вот об этой поездке на такси по нашим улицам… лет… забыл уже сколько, со счета сбился!

– Надо было весной прилетать, – сказал Крокодил, меланхолично крутя в руках бокал, на дне которого плескались остатки чем-то брендово-алкогольного. – Вот тогда воздух действительно был бы самое то. А сейчас, в начале зимы, кроме паров выхлопных газов вдыхать вообще нечего. Весной мы хотя бы на мою дачу съездили.

– Ничего, доживем до весны – и съездим. Майские от нас никуда не убегут.

– Значит, вы возвращаться в свою США не хотите? – прищурился Янек.

– Да какая она для нас «своя»? – досадливо махнул рукой Михайло. – Что мы там забыли? Правда, Стас?

– Угу. Как было все чужим, так и осталось! У них менталитет другой, понимаете?

– Не-а, – сделал наивное лицо Янек, – вообще не врубаемся, о чем ты сейчас толкуешь. Помнишь, вы уезжали и так сладко и с чувством твердили о том, что здесь вас не понимают, что только там пипл способен заценить ваш талант… Ну и о том продюсере, который обещал вам всяческую поддержку и полные залы.

– Угу, жаждет. У нас был один-единственный концерт и то в зале сидел с десяток приглашенных специально персонажей, которые занимались эмигрантами, а из обычной публики почти никого.