Отражение сна

Мы им противостоим, но не всегда успешно, к сожалению. Хуже того, в последнее время ситуация дестабилизировалась: прорывы и похищения участились.

Марина помолчала. Потом помолчала ещё немножко. А потом взорвалась:

— Зачем тогда этот выродок издевался, почему не напал сразу?!

— Подкреплялся, — пояснил Куратор таким будничным тоном, словно у него спросили прогноз погоды.

— Подкре... что?

— Питался вашим страхом. Подготавливал почву для прорыва. Проверял свои силы, возможно... Если так, то он довольно смышлён.

— Вы бы на его месте напали сразу? — Марине почему-то стало очень весело, она едва сдерживалась.

— На его месте — да.

Этот ответ стал последней каплей. Марина услышала дребезжащий смех — и не сразу поняла, что он её собственный. Что её плечи трясутся. Что по её щекам и широко растянутой улыбке стекают слёзы.

Куратор спокойно ждал. Не отворачивался, но и не смотрел прямо: его взгляд не цеплялся за неё, не обжигал. Ни одного слова утешения, ни одной попытки успокоить.

Когда-нибудь стихает даже проливной дождь. После него воздух кажется свежее и чище, а сквозь тучи вновь пробивается солнечный свет. Слёзы смыли страх, горечь, безысходность; Марина почувствовала, что впервые за последние дни снова может нормально дышать.

Она слишком вымоталась, чтобы испытывать смущение. Да и не считала, что этих слёз стоило стыдиться. Куратор, похоже, думал так же. И заметив, что она окончательно успокоилась, продолжил как ни в чём не бывало:

— Вам повезло, что поблизости были Яна и.

Марина припоминала. Однако и сама не знала, кто он.

— Не знаю. Он просто там был. Может, какой-нибудь персонаж сна?

— Нет, — Куратор покачал головой. — Но и не кошмар — во всяком случае, пока. Я настоятельно не рекомендую вам контактировать с кем-либо, кроме наших сотрудников. Тот, кто вам не друг, может оказаться врагом.

Марина прерывисто вздохнула и попыталась отыскать хоть что-нибудь хорошее:

— Ну что ж, зато одним кошмаром стало меньше.

— Мне жаль вас разочаровывать, но увы. После того как сон лопнул, вас выкинуло в явь, а Яну и всех остальных раскидало по другим снам. Разрушение «родительского» сна способно убить лишь новорождённого кошмара, да и то не всегда. А ваш противник, судя по всему, был вполне сформировавшимся.