Новый Год плюс Бесконечность

Хвостатые соглядатаи должны были следовать за куклой всюду, и прежде всего проникнуть в дом, куда был куплен щелкунчик — так называлась кукла у людей.

Заговорщики в своих шпионах не ошиблись: нанятые мыши бдительно и неусыпно следили за куклой, не попадаясь на глаза обитателям дома, семье Штальбаумов. Все шло так, как и предсказывал волшебник, и кукла не подавала никаких признаков жизни. К тому же она очень скоро надоела детям, вдобавок ее еще и сломали, сунув в рот особенно массивный и крепкий орех. После этого щелкунчик был без жалости заброшен в самый дальний и темный угол детской, а затем — наверх, на антресоли, где отныне должен был пылиться и рассыхаться до скончания своего века.

Мыши к тому времени совсем уж было собрались покинуть дом.

Но однажды, разыскивая старую шляпку для семейного карнавала, сломанную куклу нашла на антресолях младшая дочь — милая и скромная девушка Мари. И прилежные шпионы-мыши решили остаться еще на недельку, последить за щелкунчиком дальше.

Глава 10

Запах волшебства

Кто-то говорит: жалость унижает.

Кто-то утверждает, напротив — она возвышает и делает достойным любви. Последнее, видимо, и произошло с юной и мечтательной Мари, и это было, конечно же, истинное чудо.

Пожалев несчастную куклу, она, по-видимому, каким-то образом сумела вдохнуть в нее жизнь, пробудила в дремлющем сознании щелкунчика искру чувства и ощущения самого себя. И кукла, согретая любовью, заботой и жалостью, чуть ли не в буквальном смысле ожила. Беда лишь в том, что жалость — слишком уютная норка для паразитирования и непременно следующего обмана.

И коли в эту благоприятную среду попадает завистливая и жадная душонка, она немедленно начинает расцветать буйным цветом под лучами любви и ласки, как дикая крапива, вдруг ни с того ни с сего окруженная заботой и вниманием чудака-садовода.

В результате внутри куклы проснулась крыса. А крыса всегда ищет выхода наружу, в какой бы кромешной тьме она ни обреталась. План был составлен быстро, благо у всякого волшебства, даже самого что ни на есть справедливейшего, всегда найдется оборотная и не слишком-то приглядная сторона.

Крысиная душа, утратив оболочку, неожиданно почувствовала возможность попробовать ее сменить. Благо потребность жрать, рвать и терзать за время пребывания в деревянном футляре куклы нимало не унялась, а лишь дремала под спудом заклятья, набираясь новых сил для ненависти и терпеливо поджидая удобного случая. Волшебство, увеличив ее страдания, приумножило стократно и амбиции.