Новый Год плюс Бесконечность

При всей своей скромности и трезвости взгляда на собственную персону баронет никак не мог ожидать столь решительного отказа. Поэтому внезапное исчезновение новоявленного слуги поначалу не слишком-то и встревожило Вадима.

— А он не мог направиться в город, скажем, за покупками? — рассеянно предположил он.

— Только если вы его посылали, сударь, — сухо ответил Пьер.

— Нет, не припоминаю. Зато я помню, что он намеревался принести мне эту куклу. Ну... щелкунчика, что ли, как вы все его тут называете.

— Я знаю, что Арчи видели возле дверей елочного зала, — с достоинством заметил Пьер.

— Мне сказала служанка госпожи Мари, которая видела, как Арчи стоял у входа. Он словно чего-то ждал. Боюсь, уж не случилась ли беда, хозяин.

— Кто это может знать, кроме полиции? — осведомился Вадим.

— Полиция здесь ни при чем, — проникновенно сказал слуга. — Я убежден: Арчи чиновники из полиции не помогут, только запутают все и поднимут ненужную сутолоку. Зато здесь есть один господин, к которому я бы рекомендовал обратиться.

Пожалуй, лишь он способен действенно помочь в поисках Арчи. И к тому же, я уверен, сделает это без лишней огласки, так сказать, конфиденциально.

— Неужто дело столь серьезно? — озадаченно пробормотал молодой человек.

Пьер промолчал, но взгляд его, устремленный на хозяина, был в высшей степени красноречив.

— Ну, хорошо, Пьер, — вздохнул баронет. — И кто же этот человек?

— С вашего позволения, сударь, это господин Дроссельмейер, — поклонился слуга.

— Крестный? — удивился Вадим.

— Вот еще новости! Чем же нам поможет этот старик?

— Это уже зависит только от него, — покачал головой Пьер. — Видите ли, сударь, господин Дроссельмейер в некотором роде — не совсем обычный человек. Можно даже сказать — совсем необычный, ваша милость.

— Любопытно, — заинтересовался Вадим. — И кто же он, по-вашему, Пьер?

— Он — не «по-моему», — медленно покачал головой слуга. — Господин Дроссельмейер — сам по себе.

— Хорошо-хорошо, пожалуйста, не цепляйся к словам, — в голосе баронета проскочила нотка раздражения.

— Я понимаю, что ты обеспокоен исчезновением товарища здесь, в чужом и... честно скажу, несколько странном доме. Но ведь и я тоже, и я, Пьер! Мы оба хотим отыскать нашего Арчи.

Пьер покачал головой.

— Мы не можем отыскать его, ваша милость. Но, пожалуй, это может сделать господин Дроссельмейер.

Некоторое время Вадим пристально смотрел на слугу, смиряя гнев, который уже возник и принялся копиться под спудом его самолюбия.