Новый Год плюс Бесконечность

— Случилось то, чего мы с вами никак не ожидали, — проскрипел арлекин. Вид у него был озадаченный и расстроенный. — И никто не ожидал. Искусник пропал.

— Пьер? — удивился Вадим.

— Так точно, — подтвердил Арчибальд. — Поэтому, сударь, уж извините, но особо тут рассиживать нам не придется. Передохните чуток — и в путь.

— Куда же мы пойдем? На этот раз? — слегка язвительно спросил молодой человек. Он еще толком даже не успел прийти в себя после того, как неожиданно очутился на лестнице.

— Разве у нас есть выбор? — саркастически развел руками арлекин.

И он кивнул ввысь, куда уходила лестница. Однако теперь она была перегорожена покрывалом, свисавшим с потолка на манер театрального занавеса.

— Нам туда, — махнул Арчи. — Хотя, думаю, там нас не очень-то и ждут.

— Что ж, делать нечего, — согласился Вадим и встал со ступеней, не сдержав, впрочем, сокрушенного вздоха.

— Но теперь, сударь, нам нужно на всякий случай взяться за руки, — предупредил арлекин. — Мы будем действовать по возможности вместе, а то вы, как я погляжу, и сами горазды попадать во всяческие истории.

Если это и была шутка, то из разряда не самых веселых.

— Ничего не имею против, — пожал плечами Вадим.

Для верности Арчи крепко окрутил их руки невесть откуда появившимся в его пальцах тонким сыромятным ремешком.

— Так-то надежнее будет, — пообещал он. Они переглянулись, и в тот же миг покрывало тихо упало, сложившись на ступенях.

— Хороший знак, — преувеличенно бодро констатировал Вадим.

— Вы так думаете? — скептически хмыкнул Арчи.

— А у нас есть выбор?

— Только в предположениях, — покачал головой арлекин, и они стали подниматься, ожидая провала, преграды, трясины — чего угодно.

Но вместо лестничных неожиданностей и каверзных ступенек им открылась вполне обыденная картина: салон крохотного самолетика, замызганные стекла иллюминаторов и непередаваемое ощущение тонкости и хрупкости пола, конструкций и даже обшивки под ногами. Правда, в полупустом салоне не было ни души. Зато там сидели, дремали и курили куклы — улыбчивые, здоровенные, некоторые с человека ростом.

Вадим смотрел на кукол с равнодушием. За столько лет жизни бок о бок с ними он притерпелся к этому легкомысленному народу. Новая память уже заслонила предыдущую, и только смутное воспоминание о какой-то лестнице долго не могло выветриться у него из головы. Оно покинуло Вадима лишь за несколько секунд до того, как самолет стал заходить на посадку.