Новый Год плюс Бесконечность

Вадим заорал от боли во все горло — ему показалось, что железные когти живьем сдирают с него кожу.

— Стой смирно, если хочешь быть цел! — в ярости зарычал волк.

«Пока не наступит полночь, он тебя не тронет», — невесть откуда возник и вполз в сознание Вадима тихий и надтреснутый старушечий голос. И дознаватель понял: это могла быть только ведьма, старая Беата, и, видимо, это был ее истинный голос.

Вадим подивился внутренней силе этой женщины, могучий дух которой один только и поддерживал ее немощное тело. И пожалел, что не может глянуть на часы.

Он не мог шевельнуть даже пальцем, единственно чувствуя, как нестерпимо горят плечи и понемногу набухает кровью нижняя сорочка с кружевами вдоль крючков, предмет его тайной гордости и явной зависти склонного к тряпичному щегольству младшего дознавателя Шмуца.

— Коли не следуешь здравому смыслу, не хочешь ли тогда заключить сделку? — нежданно проговорила старуха. Поразительно, но она смотрела на оборотня без страха, даже с какой-то тихой жалостью, во всяком случае, сочувствием.

— С тобою — вряд ли, — прорычал не лишенный проницательности оборотень. Уж он-то точно будет знать, когда наступит полночь, с тоской подумал Вадим. — Мне нужен этот, — плотоядно усмехнувшись, сообщил волк, снова обдав Вадима миазмами жаркой глотки.

— А что скажешь насчет ведьмы? — сощурилась старуха. — Варк и ведунья стоят друг друга.

— Только не теперь, — замотал косматой башкой зверь и радостно ощерился. — Нынче — смена года. И мне на будущий год нужен достойный напарник.

Лесные поляны, залитые лунным светом. Ночные тропы, зовущие вперед. Погоня за оленем, сладкий хруст косточек на зубах. Разве может это понять простой человек?

— Человек — быть может, и нет, — согласилась ведьма. — А разве ты далеко ушел от людского племени?

— Протри глаза, — злобно рявкнул оборотень, точь-в-точь подгулявший после ярмарки мужик, что цапается в полуночном кабаке с каждым встречным-поперечным, напрочь позабыв дорогу домой. — Ты меня, часом, ни с кем не путаешь, баушка?

— Вовсе нет, — хладнокровно ответила ведьма, делая вид, что не замечает на оборотной стороне зеркала, как Арунас за выступом стены торопливо налаживает первую стрелу на сдвоенном ложе самострела.

— За внешней видимостью зачастую скрывается совсем иная сущность.

И она ловко крутнула зеркало другой стороной и быстро подняла его на уровень глаз волка. Так что тот, даже против желания, волей-неволей взглянул на собственное отражение. И тут же отшатнулся.