Нехристь

А ещё она всегда говорила не лениться всё проверять: срок годности на продуктах, или кто звонит в дверь — спрашивать, даже если неловко или неудобно. Мама бы точно хотела, чтобы и сейчас он как-нибудь проверил бабушку.

Крис остановился, выплеснул минералку из ладони, схватился второй рукой за порванную ручку «Архыза» и начал поднимать баклажку, чтобы посмотреть на бабушку через воду.

— Ты чего удумал?!

— Хочу тебя проверить — вдруг ты ненастоящая? — выдавил мальчик, напрягая остатки сил.

— Хватит баловать! Сию же секунду швыряй бутылку, а не то я тебя так по жопе проверю, сразу бабку проверять отучишься!

— Тут чудища бегают и людьми притворяются.

— Мало ли, что я раньше говорила, делай, что я сейчас говорю! — завизжала бабушка.

Эта непоследовательность тоже была совсем в её духе. Крис хотел подчиниться, тем более что поднять бутылку достаточно высоко сил уже не хватало. Но снова вспомнил маму. Тогда он поставил минералку на ступеньку выше и спустился с лестницы.

— Ладно, бес с ним — скачи сам уже, — обеспокоенно проговорила бабушка. — Скачи, не боись — не грохнешься.

А вот это пренебрежение «Архызом» выглядело подозрительным. Ничего не ответив, Крис опустился на колени и попытался взглянуть на бабушку через воду. Не получилось. Пришлось лечь на пол, но и тогда он никого не увидел. Приподнявшись на локте, мальчик обнаружил, что бабушка исчезла. Вернее, небабушка. Он грустно вздохнул, поднял бутылку и пошёл к лифтам — пока двери обратно не приморозило.

Новая попытка подняться к бабушке закончилась тем, что Крис приехал на этаж, где вообще не оказалось квартиры напротив мусоропровода. Там, где раньше стояла чёрная железная дверь с номером пятьдесят, просто продолжалась зелёная крашеная стена. Выглядела эта пустота жутко, словно гладкая кожа вместо рта.

Но этот девятый этаж не был худшим. На следующем отсутствовала уже крыша — и его покрывал грязный серый снег, летевший из мрачной тучи, в которой извивалось что-то огромное.

С ещё одной поездкой из дома пропал и две тысячи девятнадцатый год. Об этом мальчик догадался, заметив на свежей, нигде не побитой плитке, затоптанную открытку со снеговиком, на которой от руки написали: «С новым, 1976 годом!» Крис очень хотел подобрать открытку — чтобы показать бабушке и попытаться убедить её в правдивости своих сегодняшних злоключений. Возможно, тогда она бы пожалела внука.