Провожатый

Сэм, преисполненный решимости, поднял дневник с пола, сжал его подмышкой и сделал шаг вперед…

— О-о-о, юный с-с-сэр Чедвиг! – Шайн неслышно переступил с одной ноги, обутой в тапочку, на другую. Сэм от неожиданности отшатнулся назад, угодив локтем прямо в живот Хоппкинса.

— Сэр Сэмюэль! Осторожнее, — Хоппкинс выдавил улыбку сквозь боль.

— Как?! Вы?! Откуда вы здесь?

— Ка-а-ак откуда, молодой лорд? Я з-з-здес-с-сь живу, — Шайн указал неимоверно длинным пальцем на дверцу своей комнаты. – Мы выш-ш-шли выкурить по с-с-сигаре, а тут вы.

— Вы не поверите, Шайн, Хоппкинс, что со мной произошло!

— Отчего же, сэр, мы не только охотно вам поверим, но с удовольствием послушаем.

Пока Сэм сбивчиво рассказывал о том, что произошло с ним с того момента, как он вышел за дверь жилища домового, светлячки радостно вились вокруг Шайна, а Хоппкинс совершенно спокойно дымил узкой сигаркой, лишь изредка приподнимая брови в знак крайнего восхищения, как посчитал мальчик.

— И ч-ч-что ж-ж-же произош-ш-шло потом?

— А потом он напал на маму! Я прочел об этом вот здесь! – Сэм протянул домовому дневник.

— О-о-о, вы наш-ш-шли его!

— Он просто свалился мне на голову.

— А те камни, о которых вы рассказывали?..

— Вот они, — Сэм достал из кармана конверт, протягивая дворецкому.

— Та-а-ак, я предлагаю вернуться к тебе, Шайн, нам есть о чем подумать.

— С-с-совершенно верно, мой друг, идемте, — домовой уже распахивал дверь.

Ангел давно уже не замечал солнца. Он вообще ничего не замечал.

Ему казалось, что и сам он скоро перестанет существовать, он чувствовал себя луковой шелухой, прозрачными рыжими пластинками, которые ломаются и крошатся в руках, стоит только стать чуть менее осторожным.

Он не помнил, как добрался в тот день до Лондона: какие-то телеги, шумные люди, может быть, даже цыгане, подобрали его, измученного и рыдающего, на обочине неизвестной ему проселочной дороги. Они не спрашивали Ангела ни о чем. Должно быть, сочли за разорившегося фермера, который не смог справиться с утратой тщательно взращиваемой пшеницы.

Сейчас Ангел презрительно сплевывал, стоило ему только вспомнить об этом. Как эти глупцы могли подумать, что ему есть хоть какое-то дело до злаков! Однако его довезли до города и высадили на окраине промышленного района: очевидно, таким образом стараясь помочь, вдруг бедолаге удастся найти работу.

Однако Ангел не задержался там. Он даже не попытался зайти ни в одно конторское помещение.