Провожатый

Покрытая толстым слоем пыли и паутины коробка действительно была наполнена столовыми приборами: разномастные вилки, ложки, ножи даже не были обернуты в бумагу, местами на них виднелась ржавчина, какой-то непонятный белый налет, но острота ножей все еще сохранилась; в этом Сэм убедился, слизнув каплю крови с пальца.

— Вот так, Хлоя, сейчас я вернусь, я помогу тебе…

— Может быть, не надо, сэр? Сэр, вдруг они…

Но Сэм уже не слышал, орудуя столовым ножом. Схватив попавшийся под руку табурет, Сэм взобрался на него, срезая верхний край заскорузлого полотна с рамы.

Хлоя взвизгнула и затихла. Сэм запустил руку «за лес», вытаскивая кусок ткани, грубо свернутый, плотный, ледяной, но постепенно нагревающийся, будто оттаивающий.

— Вот и все, — Сэм осторожно, не разворачивая, положил освобожденного пленника на пол, вновь забрался на табурет и, как мог, аккуратно затолкнул отрезанные края картины в раму, — вот и всё, Хлоя, больше вас не потревожат.

Хлоя часто моргала, вновь приложив платок к губам:

— Но что это, маленький сэр?

— Сейчас посмотрим…

Сэм уселся напротив картины и развернул находку.

Ему показалось, что он услышал вздох облегчения, легким морозным ветерком прошедший по коже. Светлячки столпились у плеча мальчика, позволяя рассмотреть содержимое узкого конверта. На бумаге, в густом слое клея, переливались синим и алым яркие камни, около двадцати. Их сияние даже в тусклом свете слепило глаза.

— Это, что, сокровища, сэр?

Сэм моргнул и медленно восхищенно выдохнул. Неужели ему удалось найти клад? Тот самый клад старых пиратов, о котором он так мечтал! Он осторожно погладил драгоценные камни.

Они не говорили больше, ни о чем не просили, но Сэму показалось, что они успокоились, с каждой минутой становясь только красивее.

— Похоже, кто-то спрятал их за вашим с олененком лесом, Хлоя. А им стало невмоготу терпеть, что они, такие красивые, спрятаны далеко от глаз… Они не хотели вас пугать, они хотели показаться миру.

— Ангелок, вы такой умный, сэр! Это мы, простые, мы можем и в тишине посидеть, нам так даже и спокойнее, а эти… им надо украшать знатных леди, это я вам точно говорю.

Сэм почти не слушал причитаний Хлои, он заворожено глядел, как поблескивают грани, как искрится сердцевина алмазов и трех рубинов, как играют в прятки со светлячками отблески на поверхности камней.

— … Спасибо, сэр, я даже будто чувствую, что уже становится теплее, хочется даже снять накидку, — что Хлоя и проделала, стараясь не потревожить наконец мирно уснувшего олененка.