Цикл Вечности III: Пожиратель

Затем я окинул взглядом деревенских. Здесь собрались все, за исключением старейших, а это значит, что руководители деревни направились встречать незваных гостей. Взвесив ситуацию, я поспешил вслед за ними.

Двое стариков и одна женщина, переживающая свой средний возраст в семьдесят два года, стояли на скалистом побережье, ожидая, когда каменные суда причалят здесь. Насколько мне было известно, женщина-старейшая имела особое чутьё на Энергию, подобно тому, которым обладает большинство зверей. Я развеял барьер вокруг своего тела, а затем подкрался к троице со спины и спрятался за одним из крупных валунов.

Все одиннадцать кораблей приблизились к берегу, чуть сбавив ход, а затем начали оседать и уткнулись в мель. Овальные суда были около тридцати метров в длину и двадцати пяти в ширину, а судя по глубине, на которой они сели, высота от днища до верхней палубы составляла где-то десять метров.

Из пооткрывавшихся на кораблях многочисленных металлических люков начали вылезать люди, облачённые в серо-жёлтые тканевые одеяния, поверх которых были нагромождены тонкие пластины из такого же камня, что и суда.

У всех чужаков была довольно смуглая кожа, тёмные волосы и узкие глаза. Большинство солдат не казались молодыми на вид, но об их истинном возрасте я мог только лишь гадать: в каждом чувствовалось наличие Энергии, силу которой мне было довольно трудно определить.

Самый рослый и молодой из чужаков направился к старейшинам.

– Приветствую, творения Тэридия и Рагразона! – воскликнул он, широко разведя руками. В нашей деревне этот жест считался грубым, однако незнакомец мог об этом и не знать. – Моё имя – Касаад Килон, Убийца левиафанов, и я являюсь командующим этой маленькой экспедиции, собранной для того, чтобы вернуть свет веры в двух истинных богов на территории империи Марар.

– Пусть подаренная вам жизнь будет долгой и незабываемой, – произнёс один из наших стариков, плюнув себе под ноги после этой фразы. А вот это, если верить словам моей покойной матери, грубый жест абсолютно везде кроме нашей деревни. И, судя по поморщившемуся лицу незнакомца, так оно и есть.

– Чем может помочь наша бедная деревня собратьям по вере? – спросила женщина-старейшая, отведя плечи чуть назад и слегка приподняв руки. Незнакомый жест.