Без образа и подобия

— Внешне здания не будут отличаться от обычных, даже без иллюзий. Потом увидишь. — Кицуне поправил браслет, украшавший правую руку, потуже затянул шнурки камуфляжной куртки. Оглядел своих бойцов. — Про цвергов слышал?

— Краем уха.

— Пришел караван, мы с ними торгуем. Они говорят, некоторые маги приобрели кучу опасных штучек.

— Чем это грозит нам?

— Сложно сказать. Мне не нравится, что мужчины здесь, обустраивают усадьбу, а женщины и дети в городе, без защиты.

— Предложи на время закрыть рестораны, свернуть торговлю.

— Уже предлагал, госпожа отказалась. Считает, репутация важнее.

— Для меня маги опасности не представляют — скорее, им следует меня бояться. — Я подожду выздоровления старейшин, а затем отправлюсь в город. Если, конечно, у старшей госпожи нет других планов.

— Ждать придется долго. Целители говорят, госпожа придет в себя не раньше, чем через два дня, и будет долго болеть. — Кицуне невольно понизил голос, собираясь покритиковать решение главы клана. Событие редкое — раньше Белый Хвост себе такого не позволял, как и остальные лисицы.

Посторонним обычно демонстрировалось монолитное единство рядов клана. — Мне кажется, следовало повременить с проведением ритуала. По крайней мере, дождаться возращения Звенислава.

Ну и как понимать такую откровенность? Парень решил, что мне стоит доверять, или Ступающая Мягко дала негласное указание? Или я становлюсь параноиком и мне везде мерещатся заговоры? Скорее всего, последнее. Белый Хвост стал иначе относиться ко мне после схватки с Браном: его впечатлили разбросанные по заклинательному покою куски моей плоти.

С тех самых пор он демонстрировал не только уважение, но и некую… некое дружелюбие.

— Будущее покажет. В конце концов, Чистый Родник не возражала, а вы доверяете ее талантам.

— А ты нет?

— Я слишком слабо разбираюсь в магии.

— Зато ты неплохо знаешь младшую госпожу, — улыбнулся кицуне. — Ей ты доверяешь?

Немного подумав, я кивнул. Девушка иногда делала глупости, что называется, «выкидывала коленца», но в вопросах безопасности клана вольностей себе не позволяла.

Что ж, будем надеяться, она не ошиблась и на сей раз.

Глава 5

Смеется суслик в неуютной норке.

На спинку опрокинулся жучок.

Хохочет ежик, носится по горке,

Совсем с катушек съехал дурачок!

Летают птички странными кругами,

И ржет кобылка с пенкой изо рта.

Сороконожка дрыгает ногами.

От смеха слезки льются у крота.

Ржут белочки и падают с деревьев.

Сова забавно ухает в дупле.

Хохочет грач до выпаденья перьев.