Новогодние приключения

Тот сначала не понял и хотел было крутить Валерию Васильевичу руки, но быстро опомнился, стал одержимым и сообщил, что видел подходящую в комнате с вещдоками.

Там только одной струны не хватает. Струной от неё артиста задушили.

Валера обрадовался, значит гитара хорошая, и немедленно отправил своего нового сторонника добывать инструмент. Пока сержант исполнял приказание, вернулся Петрыщенко с лампочками и в комнате для задержанных появился свет. За это благодарный заключённый честно поделился коньяком. Сначала выпил с Петрыщенко, а потом и с сержантом.

Дальше сидели уже втроём.

Валера некоторое время настраивал гитару. Одержимые полицейские имели честь стать его первыми слушателями и он ни в коем случае не собирался отпускать их работать. Хотелось развеяться, спеть что-нибудь такое, чтобы на душе стало хорошо.

"Глупый мотылёк догорал на свечке.

Жаркий уголёк, дымные колечки.

Звёздочка упала в лужу у крыльца.

Отряд не заметил потери бойца…"

— Ну, как вам? — спросил он, когда закончил исполнять песню Летова.

— Мы такую в армии пели, когда строем ходили, — признался Петрыщенко.

— Серьёзно? Ладно, будет вам другой репертуар. Калугина слышали?

— Неа, — переглянувшись, хором ответили одержимые.

— Щас услышите, — пообещал Валера. — Только сначала бахнем за него по одной.

Выпили. Валера запел:

"Я видел небо в стальных переливах

И камни на илистом дне.

И стрелы уклеек, чья плоть тороплива,

Сверкали в прибрежной волне…"

Ох, лучше бы он не пел эту песню. Песня была длинной.

И пелась она про двух братьев, один из которых убил другого ради глаз, чтобы сделать из них наживку.

Хмель ударил Валере в голову окончательно. Общение с сумасшедшими и больными клиентами, разговор с дедом Морозом, и тот факт, что Денис так и не пришёл его выручать — всё смешалось в его голове. Обида и гнев, помноженные на алкоголь, породили настоящий психоз и он сам не заметил, как во время исполнения песни начал нашёптывать тайные слова.

Во всём РОВД полицейские начали вести себя странно: они побросали свои дела и, вооружившись ручками и фломастерами, начали повсюду рисовать один и тот же рисунок - крест в круге и четыре глаза по краям креста.

Они рисовали на стенах, на окнах, на полу, на всех документах. А потом принялись рисовать на ладонях и разрисовывать себе лица. Посетители смотрели на происходящее с ужасом. Полицейские, все как один, сошли с ума, не считая полковника, который уже давно сошёл с ума в своём кабинете.