Бич сновидений

Форма прессовки Бин Ча.

— И над чем вы работали вместе? — спросил Феликс, которого абсолютно не интересовали подробности чайной церемонии, но ему надо было отвлечь внимание человека на бытовые мелочи и слегка отцепить сознание от блоков.

Чжен включил маленький электрический чайник, такой же замызганный, как и все в этой комнате. Отколол небольшой кусок пуэра ножом и начал растирать в ступке.

— Этот сорт двадцать лет выдерживался в земле, — пояснил он Феликсу. — Нужно смыть пыль и микроорганизмы, которые завелись в нем за это время.

— Ну да, — отозвался тот, и вновь вернул писателя к интересующей его теме: — Ваша работа была как-то связана с надвигающейся экологической катастрофой в Бэйцзине?

— Существует несколько способов приготовления Пуэра, — продолжал неторопливо, со вкусом рассказывать Чжен, как будто не слыша гостя. — Например, с предварительным прожариванием, которое обеспечивает необходимую дезинфекцию.

Голос писателя звучал мягко и плавно, журчаще, словно вода, бессмысленно переливающаяся из одного сосуда в другой.

Чжен выключил чайник, плюющийся паром, скользнул взглядом по столу, его рука дернулась, и в тот же миг танатос резко уклонился в сторону. Мимо пролетел нож, предназначенный для разрезания лепешек Пуэра, и с гулким ударом воткнулся в стену.

Чжен оглянулся. Его лицо было отрешенным, неподвижным.

— В чайном каноне Ча Цзин, созданном во время династии Тан, - произнес он умоляющим голосом, - первом в истории трактате об этом благородном напитке, чайный мудрец Лу Юй говорил…

— Чжен, — невозмутимо произнес Феликс поднимаясь. — Так что там со сроками накопления критической массы ядовитых отходов производства? Вы знаете, что произошло с Икаром? Вы знаете, что его убили?

— Лу Юй говорил… — повторил тот с упорством заведенной куклы, — что чай это символ гармонии и единства мироздания.

Феликс уже понял, что никаких других слов Чжен произнести не может. Даже если очень хотел дать ответы. Запрет на эту тему был в его подсознании.

Ударом ноги юный танатос толкнул ему навстречу стул. Чжен запнулся, падая. Феликс перепрыгнул через него, оказался возле плиты.

— В монастыре Лу Юй постиг мудрость и… — продолжал бормотать человек.

Что еще постиг мудрец, он не успел договорить.