Лестница во мрак

Учись, девочка, в том мире, в котором привык жить я, все только так, а по-другому бывает очень редко. Верить можно только своим, а все вокруг должны восприниматься если и не как враги, то уж точно как люди, не заслуживающие особого доверия. поняла?

– Грустно это все… Но понятно.

– Ладно, держи хвост пистолетом, а пистолет с патроном в стволе. Тогда многие проблемы станут менее проблемными. А покамест с паучком разберемся.

– Да. Он просто зверь, только почти невидимый. Не видит, не слышит, только паутину свою чувствует. Да и бегает медленно.

– Ну, раз так, то эдак. Тогда откроем сезон охоты на экзотическую дичь.

Три одиночных выстрела – и с потолка тоннеля обрушивается нечто, действительно напоминающее паука. Только паук этот, бьющийся в судорогах, то и дело менял свою окраску, да и морда была весьма отлична от обычного насекомого, скорее уж напоминая ящера неизвестной породы.

– Много их тут?

– Есть, – неопределенно ответствовал Керк. – И стрелять особо не стоит. Пауки глухие, но тут много кто водится.

– Например?

– Одичавшие сторки, кроты, многоноги. Да и другие, но они реже попадаются.

– Подробнее, юный натуралист. Тем более уверен, что кроты вовсе не те, что обычному люду известны.

– Да, другие. Тоже землю роют, но не так. Они почти как гирры, сквозь камень проходят. Только медленнее, и звук такой, словно мокрые тарелки протирают. И мясо жрут, – говоря это, наш проводник поежился, словно вспоминая что-то весьма нелицеприятное. – Размером с крупную собаку, но поодиночке редко ходят. А десяток таких кротов жрет человека секунд десять.

– Радостно слышать о столь милых и непринужденных нравах. Ну а многоноги?

– Почти как пауки, размером с болонку, бегают хоть по стенам, хоть по потолку. Ядовитые. Сначала парализуют, а потом жрут. Живых.

– Ладненько, лекцию мы прослушали, а теперь давай вперед шагай, следопыт. И учти, еще одна такая шуточка для тебя даром не пройдет.