Белый волчонок

От глотка бодрящего сейчас не откажусь. Глава рода покрывается алыми пятнами и вскакивает обратно:

— А ты не охренел, внучок? Серьезно? Может тебе еще и девиц легкого поведения вызвать?!

Да что же тут все нервные такие. Мотаю головой и извиняюсь. Дед успокаивается, вновь садится, долго смотрит молча, переводя взгляд то на хрустальный стакан, то на меня. В итоге к спиртному он не притрагивается, отставляя в сторону.

— Итак. Подведем итог. Ритуал посвящения лишил тебя памяти, похерив все, что в тебя вложила семья. При этом неизвестно, чем тебя наградили боги.

Не смотря на то, что из-за твоей башки сразу поползли сплетни, я отправил тебя в храм Маат. Добавил в копилку злословов, понадеялся, что ты будешь сидеть тихо и не высовываться. Но не проходит и пары дней, тебя представляют ее высочеству и ты тут же устраиваешь драку. С Эратским. Разрушив при этом императорский фрегат. Все правильно?

Достижений не так уж и много, но звучит не очень хорошо, согласен. Хмуро киваю. Я старался, дед, честно. Но тут все нервные.

— Что случилось - непонятно. Эратский утверждает, что ты напал на княжну Илену Каритскую. Та впала в истерику, а потом и вовсе в глубокий обморок. Ты же говоришь, что нападения не было и это все недоразумение. Так что у вас с княжной произошло?

Вот чертовка, нашла способ избавиться от внимания возмущенной общественности. Может и мне стоило отключиться? При помощи силы наверняка можно самовырубиться, и надолго.

Неохотно, но отвергаю этот вариант. Мне, в отличие от Илены, не нужно время, чтобы придумать достойное оправдание.

Остается только надеяться, что она не создаст проблем еще больше.

— Пусть сама и рассказывает, когда придет в себя.

— Версию произошедшего, значит, оставляешь на ее усмотрение? — хмыкает дед. — Благородно. А если она все таки скажет, что ты на нее напал?

Уши оторву.

— Не скажет. Потому что это будет ложью, — уверенно говорю, хотя и сомневаюсь, надавил я на девчонку сильно.

— Значит последнее слово будет за ней. А пока Каритские держат холодный нейтралитет, не зная, обидели ли их наследницу или та и правда сама виновата, как успела заявить.

Эратские возмущаются, но тоже осторожно. И нам, помимо всего, в любом случае придется оплачивать восстановление фрегата.

Он опять злится, ударяет кулаком по столику и графин со стаканами жалобно звенят. Снизу доносится приглушенный грохот и вскрик. Дед закатывает глаза и залпом опустошает стакан.

— Боги, ну за что мне такие внуки! — он устало машет рукой. — Все, Игорь, свободен.